Казахстанская часть в утечке Pegasus обновляется новыми именами, и все это имена представителей элиты. В компании-производителе шпионской программы NSO утверждают, что сотрудничают только с правительствами для слежки за опасными преступниками и террористами, и этому нет оснований не верить. Просто не все правительства следят исключительно за преступниками и террористами.

В таргетинг группы спецслужб Азербайджана, Бахрейна, Венгрии, Индии, Мексики, Марокко, ОАЭ, Руанды и Саудовской Аравии попадали в большей степени активисты, правозащитники и журналисты. Но Казахстан и здесь отличился. Гульнара Бажкенова размышляет, в каком положении в итоге оказались и те, за кем следили, и те, кто следил.

На это сразу обратили внимание в Центре по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP). В отличие от других «репрессивных режимов», следивших за своими гражданами, не уличёнными в опасных преступлениях, в казахстанском списке мало журналистов и активистов. И совсем нет оппозиционеров. Если экстраполировать пропорции Pegasus на всю страну, то напрашивается вывод, что власти не наблюдают за теми, за кем должны бы. Казахстанский режим следит прежде всего за своими – за теми, кто богат, кто при власти и при этом лоялен.

Все фигуранты шпионского списка попали в таргетинг группу по наблюдению либо в 2018 году, либо дата не указана. Судя по этому факту, слежка была частью подготовки к транзиту власти. В июне 2019 года Касым-Жомарт Токаев в интервью Евроньюс сказал, что Нурсултан Назарбаев сообщил ему о своей отставке и его президентстве ещё три с половиной года тому назад, то есть в конце 2015-го — начале 2016 годов.

В то же время в Комитет национальной безопасности пришёл Карим Масимов, известный своей любовью к высоким технологиям. Это он был инициатором первого интернет-банкинга в возглавляемом им «Народном» ещё в середине дремучих девяностых, правда, так и не довёл его до ума, уйдя на госслужбу. А в 2011-ом премьер-министр Масимов первым из высших чиновников открыл аккаунты в твиттере и фэйсбуке, что удивило общественность до такой степени, что о банальном сейчас событии писали даже международные СМИ. И вот при нём главная специальная служба страны приобретает инновационную шпионскую ПО, которой позавидовал бы Рахат Алиев, повсюду ходивший со включенным диктофоном в кармане, как он сам писал в своей запрещенной книге.

Данияр Ашимбаев в интервью «Орде» допускает идею «или-или», программу якобы могли купить частники, но это в принципе невозможно. Израильская компания, контролируемая Минобороны своей страны, не могла влиять на поведение клиентов, однако могла их отбирать — только в лице правительств. NCO имела дело исключительно с государственными институтами. Легко догадаться, что в нашем случае это был КНБ.

И за кем же следил Комитет в 2018 году — за год до отставки первого президента и передачи полномочий преемнику в лице Токаева? Получается, за ним и следил…

В утечке Pegasus около 2000 казахстанских телефонных номеров, говорится в расследовании, из которых пока только два журналиста и одна правозащитница. Ещё два правозащитника в списке — это иностранцы. И если сравнить их, например, с эко активисткой из Германии Дагмар Шрайбер, заслужившей в Казахстане и славу, и награды, и фактически статус персоны нон-грата, то можно сказать, что эти двое совсем не известны казахстанцам. То есть они мало репрезентативны.

Конечно, список раскрыт не полностью. Из двух тысяч нам пока назвали лишь четырнадцать. Это даже не верхушка айсберга, а какой-то осколок. Но если учесть, что журналисты Серикжан Маулетбаев, Бигельды Габдулин, а также правозащитница Бахытжан Торегожина возглавляют список на сайте OCCRP, с их фамилий он начинается, то можно предположить, что будь другие, их бы тоже раскрыли в первую очередь. Значит, пока на две тысячи номеров — всего три представителя такого рода деятельности, которые по идее являются главными мишенями для шпионажа в репрессивных режимах.

За кем следят нормальные диктатуры? За своими оппонентами – оппозиционерами, активистами, правозащитниками, журналистами. Но казахстанский режим следит прежде всего за собой. Он не доверяет своим.

В преддверии такой важной операции как передача власти, он не боялся оппозиционеров внутри страны – в списке нет тех, кто митингует и «раскачивает лодку», потому что про критиканов и прочее отребье наверху и так все понимают, а вот в тех, кто при власти, при деньгах и вполне себе лоялен, очень даже сомневаются. И самый неловкий момент – это, конечно, присутствие в списке главы государства. Теперь мы знаем, что самый радикальный оппозиционер, выходящий на митинг как на работу, гораздо свободнее в замкнутом полицейском котле, чем президент в своём кабинете, не говоря уже о прочих премьер-министрах и олигархах. Чем больше у вас власти и денег, тем вы уязвимее в Казахстане – вот что рассказывает нам шпионская утечка. Эта колоссальная личная несвобода и зависимость — и есть реальная цена безусловной преданности. 

Акорда хранит молчание. Те немногие, кому приходится отвечать на вопросы, коли они звучат, утверждают, что расследование странное, неубедительное, бездоказательное. Но они лукавят. В данном случае работает фактор авторитета и доверия к таким организациям, как Amnesty International, и консорциуму журналистов OCCR. Кроме того, сама NSO Group, вначале тоже отрицавшая подлинность списка и даже грозившая подать в суд, уже признала проблему и выпустила доклад о прозрачности с обещанием впредь оговаривать в договорах обязательство клиентов следить только за плохими парнями.

Так что слежка или потенциальная слежка за участниками списка Pegasus всё-таки велась. И в этом списке есть президент Казахстана. С этим нам всем – и простым смертным, и истеблишменту — придётся как-то жить. Но труднее всего придётся им самим, в конце концов, тоже людям.

Карим Масимов будет встречаться и с президентом, и с премьер-министром, и с олигархами. И все они будут смотреть друг другу в глаза, старательно делая вид, что ничего не произошло. Это как измена в браке, который супруги хотят сохранить, несмотря на щепетильные обстоятельства. Председателю КНБ остаётся лишь драматично отвести глаза и тихо сказать президенту: ничего личного, only business…

P.S. А сегодня президент уволил с должности начальника Службы государственной охраны Калмуханбета Касымова.

Поделиться: