Фильм Qumalaq: интересный, свой, но «неродной» хоррор

В прокате новый представитель самого, пожалуй, проблемного жанра в отечественном кинематографе, хоррора, Qumalaq режиссёра Талгада Жаныбекова. Казахстанские кинодеятели предпринимали неоднократные попытки сделать фильмы ужасов – однако удачных можно насчитать не очень много.

В прошлом году, например, в кинотеатрах шли картины «Взаперти» Олжаса Баялбаева и «Дәстүр» Куаныша Бейсека. Первая была, в целом, не особенно удачна, а вторая хороша больше как социальная драма, нежели хоррор.

Qumalaq – это история 14-летней Эльмиры, которая, поссорившись на свой день рождения с матерью, сбегает из дома на дачу. Таинственным образом попавший в руки Эльмиры рекламный флаер приводит девочку на сайт онлайн-игры Qumalaq (также құмалақ – название традиционного казахского гадания на камнях или бобах). Однако на деле Qumalaq оказывается гораздо более мистическим и зловещим, чем можно было подумать, и превращается в игру Эльмиры с жизнью и смертью. На экране лэптопа реальность для неё перемешивается с кошмаром, она видит давно умерших отца и сестру, а также жуткие фантазии о живой матери, злых духов и прочие ужасы… 

Видно, что создатели картины, по крайней мере, хорошо насмотрены в жанре, и при съёмках, очевидно, ориентировались на знаковые образцы мирового хоррора.

Qumalaq Талгада Жаныбекова, известного по драме о лудомании Zero и авантюрной комедии «Басқа вариант жоқ», одновременно отсылает к фильмам вроде «Звонка» Хидео Накаты или франшизе «Астрал» и к образцам голливудского кино в формате «скринлайф» («Пропавшая без вести» Николаса Джонсона и Уилла Меррика, «Поиск» Аниша Чаганти), когда большая часть событий происходит на экране компьютера или смартфона. Это заметно и визуально по художественной постановке и операторской работе, и по сюжету (Жаныбеков написал сценарий совместно с Бекбулатом Шекеровым). В глаза бросаются знакомые по западным «ужастикам» характерные крупные планы разных предметов, работающие на атмосферу – рисунки, фотографии, клавиатура. Опять же – характерный временами ускоряющийся ритм монтажа, стремительное зумирование, ломающие привычное восприятие ракурсы камеры, создающий тревогу звукоряд.

В целом, визуальное решение, за которое отвечали оператор Карим Ахметов и художник Мунир Ахмеджанов, выглядит очень стильным. Сизо-синяя, замешанная с охрой палитра, всё в кадре (как правило, толково выстроенном) умело и уместно освещено.

Несомненной удачей картины стала юная актриса Сабина Жан в роли Эльмиры – органичная, реалистично отыгравшая растерянность и страх, ключевые чувства в пространстве этого фильма. Ненадолго появляющиеся в кадре Ольга Ландина и Азамат Сатыбалды привычно хороши. 

Этим же, кстати, грешит упомянутая лента «Взаперти», и, напротив, картина «Дәстүр» преуспела именно в воссоздании родной среды, позабыв, однако, стать страшной, как положено хоррору.

Начиная с дачного дома, который смотрится очень уж по-западному и до бросающейся в глаза острой нехватки локального, узнаваемого казахстанского контента в событиях, обрисовке персонажей, знакомых мистических тем из казахской мифологии, Qumalaq, в итоге, выглядит калькой с западного и азиатского кино. Несмотря на то, что само название фильма вроде бы отсылает к народному гаданию, и вдохновлялись создатели фильма, по их слова, историями деструктивных групп в соцсетях а-ля «Синий кит» (тема эта, впрочем, вызывает большие сомнения), Qumalaq всё равно очень мало имеет в себе казахстанского – родного и наболевшего. Возможно, если бы само гадание құмалақ ашу было как-то интересно обыграно, или тема подростковой уязвимости, незащищённости перед злыми намерениями взрослых (что, увы, весьма актуально сейчас) была показана ярче (как, например, в недавнем австралийском хите «Два, три, демон, приди!»), тогда могло бы получиться очень неплохое кино.

А так, Qumalaq – это стильное, красивое, креативно снятое и неплохо сыгранное, но, увы, не вполне живое и – что очень важно в хорроре (в наше время, по сути, в самом социально отзывчивом жанре) – не вполне актуальное, не проросшее в родную почву кино. Фильм из категории «Ещё чуть-чуть бы поднажали, и были молодцы».