Летом 2021 года Жанаозен был охвачен забастовками. В этот раз увеличения зарплаты требовали не только нефтяники, но и водители, грузчики и уборщицы. Все они — работники 32 частных компаний.

Корреспондент Orda.kz Аделаида Ауеспекова  отправилась в маленький город на западе Казахстана, чтобы выяснить, не обернётся ли проблема жанаозенцев головной болью для нового акима Мангистауской области Нурлана Ногаева.

Перед одноэтажным зданием бежевого цвета сидят двадцать мужчин в повседневной одежде. Увидев камеру и оператора, некоторые надели очки, маски и опустили на глаза козырьки кепок. «Мы не привыкли к публичности и к камерам». Рядом припарковался старенький автомобиль. Из динамиков доносится ежегодное послание народу Касым-Жомарта Токаева.

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

Так проходят будни попавших под сокращение сотрудников транспортной компании Kunan Holding, которая оказывает сервисные услуги «Озенмунайгаз». Водители на УАЗах возят нефтяников, мастеров и запчасти. В середине июля коллектив приостановил работу с требованием о повышении зарплаты. Забастовка длилась неделю. В итоге работодатель согласился поднять зарплату на 20 процентов. И, вроде бы, ситуация разрешилась, работа возобновилась, но спустя месяц сотрудники получили «письма счастья», в которых говорилось о финансовых трудностях компании и сокращении штата.

     – Нефтяники зарабатывают от 400 тысяч тенге. Мы же получали в среднем 90-100 тысяч тенге в месяц. Увеличение на 20 процентов только на словах звучит хорошо. На самом деле это всего лишь плюс 15-20 тысяч тенге к нашему заработку. Не сказать, что это было бы очень накладно для предприятия. Но нам пришло уведомление о сокращении штата из-за финансовых проблем фирмы. И теперь мы остались без работы, – ввёл нас в курс дела один из мужчин.

Всё время, пока мы разговариваем с бывшими сотрудниками компании, директор Kunan Holding Аскат Мендыбаев сидит внутри помещения. Предприниматель ничуть не удивился, когда раздался стук в дверь и на пороге кабинета появились журналисты. Первое, что бросается в глаза – большой настенный ковёр с изображением Нурсултана Назарбаева.

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

Мендыбаев оказался молодым управленцем. На вид ему не больше 35 лет. Держится уверенно, говорит складно и, по всей видимости, находится в хороших отношениях с коллективом. Директор вполне искренне уверяет, что не хотел увольнять сотрудников, но финансовые возможности фирмы ограничены.

     – Понимаете, мы заключаем долгосрочный договор, а не выигрываем тендер каждый год. В бюджет заложена одна сумма, и деньги на увеличение зарплаты мы брали из своих резервов. Но дальнейшее увеличение невозможно, нам бы выполнить свои обязательства. Да, мы согласились поднять зарплату, так как «Озенмунайгаз» обещал добавить хоть маленький объём, но так и не добавил. Поэтому мы и оказались в таком положении, – объясняет бизнесмен.  

Когда у фирмы начались финансовые проблемы, Мендыбаев предложил водителям работать по-новому. А именно, выкупить машины по остаточной стоимости в рассрочку, открыть ИП, то есть стать индивидуальными предпринимателями и выполнять заказы. По подсчётам директора, так работники будут получать даже больше. Например, за час работы платят 1200 тенге. Если взять 250 часов, то можно зарабатывать по 300 тысяч тенге в месяц. Часть зарплаты будет идти в счёт оплаты транспорта. Это от 41 до 105 тысяч тенге.

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

28 человек приняли предложение шефа и уже работают, как индивидуальные предприниматели. Остальные отказались от такой сделки. 

     – Нам предложили взять в рассрочку ту машину, на которой мы ездим. Она стоит где-то полтора-три млн тенге. Но наше финансовое положение не позволяет купить эту технику. Поэтому мы отказались. Да и зачем она нам, даже в рассрочку? Мы ведь знаем состояние машин: они изношены. И не факт, что не развалятся в течение ближайших двух лет, – говорят экс-сотрудники.

Мужчины добиваются, чтобы правительство поспособствовало им устроиться в «Озенмунайгаз» или в аутсорсинговую компанию, где им будут платить не менее 300 тысяч тенге. Вообще, почти все озенцы мечтают работать на градообразующем предприятии «Озенмунайгаз», но там нет вакантных мест. В очереди на трудоустройство в ОМГ около 2800 человек.

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

Изначально Жанаозен строили как рабочий посёлок. Сейчас здесь живут 157 тысяч человек. Хоть его и называют «городом нефтянников», но в нефтяной отрасли работают лишь 10-15 тысяч человек. Остальная часть населения – бюджетники, строители, сотрудники бизнес-сектора. В этом плане город можно сравнить с «шахтёрской столицей» Карагандой, где доля шахтёров на самом деле также невелика.    

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы
Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

В Жанаозене много безработных, которые не желают работать грузчиками либо продавцами. Среди торговцев на базаре местных мало, в основном за прилавками стоят қандасы из Узбекистана и Туркменистана.  

«Нам нужна перспективная, стабильная работа, у которой есть будущее. А в Жанаозене будущее есть только у нефтяной отрасли», говорят озенцы. Но специалисты, с которыми я разговаривала, думают иначе. На многих скважинах вокруг города уже установлены станки-качалки, а значит, нефти осталось не так много.

Этим летом из-за неравных условий труда и разницы в зарплатах в Жанаозене поднялась волна протестов. Взбунтовались водители, грузчики, повара и уборщицы – сотрудники 32 частных подрядных организаций, – которые работают вместе с нефтяниками, но зарабатывают вдвое меньше. Первое и самое главное, что требовали бастующие, – повышения зарплаты.

Череда забастовок началась в июне и не прекращалась всё лето. Но новоозенцы отрицают какой-либо сговор между работниками разных предприятий. Просто жители больше не хотят работать за 100 тысяч тенге, потому что этих денег на жизнь не хватает – продукты дорогие. Цены ничем не уступают столичным. Например, говядина стоит 2300 тенге, баранина 2800 тенге. Чтобы прокормить многодетную семью, а таких в Жанаозене множество, не хватит и 50 тысяч тенге.

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

Горожане закупают продукты и одеваются на одном рынке. Вот и получается, что цена одна для всех, но возможности – разные.

– У меня четверо детей. 90-120 тысяч тенге не хватает на содержание семьи. На базаре всё подорожало. Школы открылись, детям нужно брать форму, учебные принадлежности. И нам нужна зарплата, которая будет соответствовать рынку. Минимум 250 тысяч тенге, – говорит один из бывших сотрудников Kunan Holding.

Большинство работодателей пошли на уступки и подняли зарплату. Но не в два раза, как просили рабочие, а в среднем на 20 процентов.  

     – Между нами и нашим руководством достигнута договорённость. К заработной плате, в соответствии с трудовым договором, нам будут выплачиваться дополнительные проценты, – сказал помощник бурильщика буровой бригады Petroleum Industry Service Елдос Шапхатов.

В городском акимате про забастовки говорят с осторожностью. Понимают, что любое резкое слово или критика в адрес бастующих может породить новую волну протестов, когда ситуация только улеглась.

Протестное лето. Почему бастовали жанаозенцы

Заместитель акима Жанаозена Жанабай Аймаганбетов коротко сообщил, что все трудовые споры уже разрешены и бастующие вернулись к работе.

Orda.kz: Сотрудники всех 32 компаний удовлетворены и вышли на работу? Говорят, что некоторых уволили. 

Жанабай Аймаганбетов: У нас нет информации о том, что кто-то попал под сокращение. В какой-то компании работают 80 сотрудников, в другой – 100. Сколько работников есть, все продолжают работать. 

Протестное лето 2021 года, которое закончилось хоть и частичной, но победой рабочих, сигнализирует о том, что в обозримом будущем забастовок может стать больше. Да, в этот раз компании подняли зарплаты и пообещали улучшить условия труда, но они сами зависят от тендеров на оказание услуг «Озенмунайгазу». Если завтра объёмов станет меньше, то у фирм вполне может не хватить средств на выполнение своих финансовых обязательств перед рабочими.  

Поделиться: