Министр юстиции Марат Бекетаев заявил, что в Казахстане нет политических заключённых, и добавил, что их и «не будет».

В конце сентября в Брюсселе член Европарламента Ружа Тун во время встречи с министром юстиции Казахстана Маратом Бекетаевым передала ему список преследуемых активистов и политзаключённых в стране.

29 декабря на брифинге в СЦК Марат Бекетаев уточнил, что Ружа Тун передавала ему список «после делового ужина».

«Во время ужина я ответил, что в Казахстане политических заключённых нет и не будет, потому что, по нашему мнению, это те люди, которые совершили обычные уголовные преступления, и каким-либо образом политизировать эту ситуацию мы считаем неправильным. Подробно была предоставлена информация с доказательствами, которые использованы в уголовных судебных процессах. Но обратной реакции мы не получили, кроме таких же провокационных заявлений и выступлений, что мы не считаем неконструктивным подходом к обсуждению вопросов по защите прав человека», заявил Бекетаев на брифинге в СЦК.

Правозащитница Бахытжан Торегожина, комментируя заявление министра, подчеркнула, что «как человек власти, который в данный момент имеет все рычаги государственного управления, Бекетаев никогда не скажет, что в стране есть политзаключённые».

«Все уголовные преследования, как он выразился, действительно находятся в Уголовном кодексе, но политическое преследование это как раз то, чем занимается господин Бекетаев, преследуя Мухтара Аблязова, где основой является не претензия государства по экономическим требованиям, а то, что доставляет неприятности на политическом уровне, активируя гражданское общество Казахстана. Господин Бекетаев лукавит, когда говорит, что не понимает политическую составляющую этих преследуемых», отметила Торегожина.

В списке, который евродепутат вручила министру юстиции, по словам правозащитницы, указаны имена более 40 человек, подвергающихся гонениям в Казахстане за выражение своего мнения и реализацию права на мирное собрание.

Обновлённый список политических заключённых Казахстана Бахытжан Торегожина опубликовала в канун Дня первого президента. Впервые подобный список местные правозащитники составили в мае 2013 года. Тогда в нём упоминались имена шести человек, позднее в список были включены более полусотни фамилий, его состав неоднократно обновлялся. В сентябре этого года список пополнился именами восьми активистов, многим из них обвинения также были предъявлены по статье 405.

«Среди них был Арон Атабек (умер в ноябре менее чем через месяц после выхода из тюрьмы Авт.), уже освобождённый из колонии Алмат Жумагулов, Асет Абишев и Кенжебек Абишев. Четыре человека, которые получили по пять лет лишения свободы. Государство даже не вникает ни в список, ни в состояние здоровья, взять хотя бы пример Арона Атабека. Государство должно было хотя бы изучить эти дела. Но этого не делает. Например, по Ержану Елшыбаеву (осуждённому активисту из Жанаозена Авт.) есть решение рабочей группы о немедленном освобождении в связи с тем, что подошел срок условно-досрочного освобождения. Ему вкатили выговор и поместили в карцер, сейчас он находится в строгих условиях в одиночной камере. Мне пришлось связаться с омбудсменом, чтобы организовать ему телефонный разговор с матерью», сообщила Торегожина.

Правозащитница добавила, что и после выхода из заключения политически преследуемые активисты не могут устроиться на работу, их ИИНы и счета заблокированы.

«Люди в Казахстане должны беспрепятственно жить. Но государство говорит, что политическая составляющая м это же не уголовная статья, а преследования за убеждения, активизм, за то, что они отстаивают свои права – за то, что парламентаризм, честные выборы, митинги без последствий и достойные условия проживания», перечислила правозащитница.

Казахстанские эксперты основывают критерии, по которым относят граждан к политическим заключенным, согласно рекомендации Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), а также международной правозащитной организации Amnesty International при наличии в уголовном преследовании политического подтекста.

Поделиться: