«Исход дела бывает предрешён»: адвокаты заявили о кризисе доверия к судам

Несмотря на проведённые реформы и кадровые перестановки в судейском корпусе, качество отправления правосудия в нашей стране, по мнению многих адвокатов, всё ещё оставляет желать лучшего. С какими нарушениями в работе судей чаще всего сталкивается защита, и что по этому поводу думают в Верховном суде, разбиралась Orda.kz.

После кровавых январских событий 2022 года президент Токаев взял курс на построение Справедливого Казахстана, в котором все равны перед законом, а чиновники работают в интересах народа. Определить, верной ли дорогой мы идём к намеченной цели, можно по такому индикатору, как доверие граждан к госорганам. 

Одним из наиболее показательных индикаторов доверия к государству остаётся судебная система, поскольку она обеспечивает верховенство закона и стоит на страже прав и свобод граждан. Проведённое в апреле и мае 2026 года исследование Бюро национальной статистики РК показало, что 69,7 % респондентов полностью доверяет судам. Со стороны это выглядит как высокий показатель, наглядно свидетельствующий, что большая часть граждан хорошо отзывается о работе слуг Фемиды. 

Загвоздка в том, что многие правозащитники, адвокаты, активисты и общественники скептически относятся к таким позитивным данным чиновников. Они в последнее время отмечают диаметрально противоположную тенденцию: граждане всё больше разочаровываются в судах, столкнувшись с некомпетентностью, предвзятостью или неэтичным поведением отдельных вершителей правосудия. В июне 2026 года группа юристов даже обратилась к Токаеву с призывом качественно реформировать судебную систему, чтобы вернуть людям утраченное доверие к судам.

Наши журналисты выясняли, что не устраивает самих адвокатов, и что показали итоги расширенного совещания в Верховном суде, где оценивалась работа судей за первое полугодие 2026 года. 

Утрата доверия

Автор обращения на имя главы государства — алматинский адвокат Шолпан Исмаилова. 4 июня 2026 года она опубликовала сообщение на своей странице в Facebook.

Забегая вперёд, отметим, что пост с текстом обращения исчез, и адвокат не знает, почему модераторы соцсети удалили его. Поэтому мы попросили её отправить нам черновик. Вот основные выдержки обращения:

«Сегодня всё больше людей сталкиваются с решениями судов, которые вызывают не просто вопросы, а откровенное недоумение. По делам, где имеются существенные доказательства, где выявлены грубые противоречия и нарушения закона, нередко выносятся решения, которые невозможно объяснить ни логикой, ни принципами справедливости. Создаётся ощущение, что отдельные представители судебной системы перестали бояться ответственности за свои действия. Складывается впечатление, что чувство безнаказанности достигло опасного уровня. Игнорируются доводы сторон, не принимаются во внимание важные доказательства, а порой складывается впечатление, что исход дела предрешён независимо от фактических обстоятельств», пишет Исмаилова.

Особую тревогу юриста вызывает то обстоятельство, что многие спорные решения не получают должной оценки в вышестоящих инстанциях. Это вызывает недовольство и разочарование одной из сторон, и как следствие, утрату доверия к правосудию. Люди начинают полагать, что в наших судах не добьёшься правды. 

«Вместо исправления судебных ошибок граждане зачастую видят формальное согласие с ними. Именно поэтому в обществе всё чаще звучит мнение о том, что существующая система нуждается не в отдельных изменениях, а в серьёзном и глубоком реформировании. Люди начинают терять веру в справедливость суда. Адвокаты всё чаще сталкиваются с ситуациями, когда даже самые убедительные доказательства не приводят к законному результату. Защищать права граждан становится всё сложнее, поскольку уверенность в объективном рассмотрении дела постепенно подрывается». 

По мнению адвоката, речь идёт о тенденции, которая вызывает серьёзную обеспокоенность у юридического сообщества. Поэтому она просит президента модернизировать судебную систему во избежание нежелательных последствий. 

«Когда люди перестают доверять суду, они начинают терять доверие и к другим государственным институтам. Это опасный процесс, который требует немедленного внимания. Просим вас обратить внимание на ситуацию, сложившуюся в судебной системе Республики Казахстан, и инициировать реальные реформы, направленные на восстановление доверия граждан к правосудию, усиление ответственности за неправосудные решения и обеспечение подлинного верховенства закона. Казахстану нужен справедливый, независимый и ответственный суд. Без этого невозможно построение по-настоящему правового государства», пишет Исмаилова.

Судя по постам и репостам в соцсетях, многие адвокаты поддержали эту инициативу. Они делились собственным опытом общения с судьями, допустившими грубые процессуальные нарушения, и предлагали свои варианты решения проблемы. Но нас интересовали два других вопроса — это отношение граждан к судам, и ответная реакция Акорды на обращение Исмаиловой.

Мы нашли в открытом доступе результаты выборочного обследования Бюро нацстатистики, проведённого весной 2026 года во всех регионах страны. Они показали, что 69,7 % граждан полностью доверяет судам, 22,7 % частично, а 1,3 % не доверяют. Доля тех, кто затруднился ответить, составила 4,6 %. 

Какие причины недоверия назвали казахстанцы? Ответ мы нашли в проведённом в октябре и ноябре 2023 году исследовании Бюро, которое проанализировало издание ranking.kz. Основными причинами недоверия граждан к судебной системе называлась её коррумпированность (27,9 %), зависимость от исполнительной власти и правоохранительных органов (27,4 %), и низкий уровень профессионализма судей (15,5 %). Кроме того, 18,7 % опрошенных указали, что не получили в судах положительного результата, на который рассчитывали. Каждый десятый респондент отметил как причину недоверия сведения из СМИ.

Потом мы связались по телефону с Шолпан Исмаиловой. Первым делом поинтересовались, что стало поводом для её обращения к президенту, и чего она в итоге добивается? 

«Моё решение записать это обращение не было эмоциональным и спонтанным. Оно не связано с каким-то конкретным делом или инцидентом. Просто в октябре этого года исполнится 26 лет, как я занимаюсь адвокатской практикой, поэтому мне было, что с чем сравнивать. В последнее время я часто сталкиваюсь с повторяющимися процессуальными проблемами, с которыми раньше практически не встречалась. Вот я и посчитала своим профессиональным долгом обратить на них внимание президента. Отмечу, что моё послание направлено не против судебной системы в целом, и не против конкретных судей в частности. Оно направлено на укрепление доверия населения к правосудию через безусловное соблюдение закона», пояснила адвокат.

По её словам, реакция властей последовала незамедлительно, и это стало приятным сюрпризом. На связь вышли представители Верховного суда и Администрации президента. Они сообщили, что изложенные в обращении факты стали предметом изучения и проверки компетентных органов. По результатам проверок несколько судей, по словам Исмаиловой, лишились должностей, что привело к кадровым перестановкам в судебной системе.

«Для меня это стало главным подтверждением того, что государство готово слышать аргументированную профессиональную позицию, основанную не на эмоциях, а на многолетней адвокатской практике. Я потом поблагодарила на своей странице в Facebook главу государства за готовность слышать общество, реагировать на сигналы о существующих проблемах и принимать решения, направленные на укрепление законности и доверия к правосудию».

Исмаилова говорит, что к ней часто стали звонить люди со всех регионов страны. Они присылают ей судебные решения с просьбой разобраться и помочь восстановить справедливость. Поток корреспонденции оказался настолько большим, что адвокат физически не успевает обработать весь объём. При этом она отмечает: люди поверили, что их могут услышать наверху, и это немаловажно.  

«Конечно, я как адвокат понимаю, что далеко не каждое обращение свидетельствует о судебной ошибке. Есть граждане, которые просто не согласны с вынесенным решением, хотя оно может быть законным и обоснованным. Это нормальная часть любой судебной системы. Однако значительная часть обращений содержала сведения о серьёзных процессуальных нарушениях».

По словам адвоката, она собрала солидный кейс судебных ошибок и всевозможных нарушений, допущенных отдельными служителями Фемиды по отношению к защите.

«Это неуважительное отношение, когда адвокатам ограничивают возможность полноценно изложить свою правовую позицию. На нас могут прикрикнуть, как это было со мной в алатауском суде, когда судья посоветовал другой стороне не уподобляться мне. Я всего-то аргументированно изложила свою позицию по делу, но ему это не понравилось, и он так резко высказался в мой адрес. По моей жалобе его потом отстранили от должности. Вообще нас, адвокатов, зачастую не воспринимают как равных участников процесса. Хотя и мантии внедрили, чтобы повысить наш статус, но на деле относятся к нам предвзято»,с сожалением констатирует Исмаилова.

Один из показательных случаев произошёл недавно в одном из районных судов Алматы. Три адвокатессы возмутились, что их, в отличие от гособвинителя и представителей потерпевшей стороны, не обеспечили рабочим местом в зале судебного заседания. Они вынуждены были сидеть у двери, разложив на коленях ноутбуки и материалы уголовного дела. Поэтому когда началось заседание, дамы обратились к судье с просьбой, чтобы приставы принесли им стол. Как вариант, предложили поменять их местами с прокурором. Эта просьба, да сама тональность обращения не понравилась судье, и он сделал адвокатам замечание. В итоге участникам предоставили другой зал, где обеспечили всех комфортными условиями для работы.

Казалось бы, со стороны, ну не доглядели, не успели клерки заранее принести стол, чего из-за такой мелочи поднимать шум. Однако этот судебный процесс — резонансный, и его освещали многие СМИ. Администрация райсуда была в курсе, и тем не менее, не проследила, чтобы у защиты были нормальные условия для работы. По словам адвоката Исмаиловой, подобного рода организационные недочёты встречаются и в других судах.

«Такое нередко происходит в районных судах, потому что там залы маленькие, в них мало народу вмещается. Когда рассматриваются многоэпизодные уголовные дела, то мы, адвокаты, сидим порой на задворках зала и пишем на коленях. Я не знаю, связана ли эта проблема со слабым финансированием судов, но проблема организации судебного заседания существует».

Главная проблема, которую отмечают многие адвокаты и общественные защитники подсудимых — это нарушение принципа состязательности сторон. Некоторые судьи изначально ведут процесс с обвинительным уклоном — они отказываются удовлетворять большую часть ходатайств защиты, не принимают заявленные отводы, не приобщают к материалам дела новые доказательства, а также не вызывают повторно свидетелей, чьи показания в суде разошлись с теми, что те дали в ходе следствия. В финальной стадии процесса они не находят смягчающих вину подсудимых обстоятельств, только отягчающие, потому и выносят строгий приговор. 

«Самую большую тревогу у меня вызывали ситуации, когда несмотря на предоставленные доказательства и доводы сторон, принимались судебные акты, законность и обоснованность которых, по моему профессиональному мнению, вызывали серьёзные вопросы. Считаю, что некоторым судьям не мешало бы заняться повышением профессиональной квалификации».

Некоторые правозащитники и адвокаты находят своё объяснение минимальному количеству оправдательных приговоров в судах первой инстанции. Они связывают это с тем, что большинство судей пришли из органов внутренних дел и прокуратуры. Вместо того, чтобы переформатироваться, те мол, по старой привычке ведут процесс пристрастно и однобоко, с обвинительным уклоном. Даже когда такие судьи не находят убедительных доказательств виновности подсудимых, они предпочитают не выносить оправдательный приговор, а возвращать сырое дело прокурору для устранения нарушений.

Наша собеседница разделяет эту точку зрения. Но она придерживается такого же мнения и о некоторых адвокатах из числа бывших правоохранителей. 

«Когда кто-то из них 20 лет прослужил в правоохранительном органе, то такой человек психологически не может перестроить своё мышление, поскольку он заточен на обвинении. Эта профессиональная деформация накладывает отпечаток на его работу. Вместо того, чтобы защищать клиента, он может ненароком навредить ему». 

По словам Исмаиловой, она – юрист в третьем поколении, её мама в прошлом работала судьёй, поэтому ей есть, с кем сравнивать нынешних слуг Фемиды. О том, каким должен быть, на её взгляд, судья, она подробно рассуждает на своей страничке в Facebook. 

Адвокат убеждена: для того, чтобы повысить качество отправления правосудия и минимизировать коррупционные риски в судейском корпусе, необходимо избирать судей. Не назначать их указом президента, а выбирать, как в былые времена. В таком случае граждане полностью бы доверяли судьям, потому как были уверены в их порядочности и высокой квалификации. 

«Раньше была выборность судей, и общество давало оценку их работе. А сейчас их назначают! Если бы их сейчас также избирали, как раньше, тогда бы эти высокие должности занимали стоящие люди»,подытожила Исмаилова.

Мы спросили, а после обращения что-то стало меняться в работе самих адвокатов? Наша собеседница ответила, что стали меняться некоторые процессуальные подходы. Взять, к примеру, дела по защите прав и законных интересов несовершеннолетних. Раньше адвокатам, участвующим в апелляции, давалось несколько минут для выступления. Сейчас это время увеличили.

«На изложение правовой позиции теперь предусматривается значительно больше времени — до тридцати минут. Для подобных категорий дел это имеет принципиальное значение, поскольку речь идёт о судьбах детей, и такие процессы требуют максимально полного исследования всех обстоятельств»,сказала Исмаилова.

Позиция главного суда

13 июля в Астане прошло расширенное совещание по итогам отправления правосудия за первое полугодие 2026 года. Проводил его председатель Верховного суда Асламбек Мергалиев, о чём рассказала на своём сайте ведомственная пресс-служба.

В ходе мероприятия были озвучены данные Бюро нацстатистики за октябрь и ноябрь 2025 года. Из них следует, что уровень полного доверия граждан к судебной системе составлял тогда 63,2 %. Этот показатель по сравнению с 2023 годом вырос на 8 % (три года назад он равнялся 55,2 %). Как указывается на сайте суда, «тому способствовали меры по усилению ответственности судей за принимаемые решения».

Правда, другие показатели выглядят скромнее. Взять, к примеру, избрание меры пресечения задержанным подозреваемым, из-за которых в следственных судах ломаются копья защиты и обвинения. Уголовно-процессуальный Кодекс РК предусматривает 7 таких мер: это содержание под стражей, залог, домашний арест, подписка о невыезде и надлежащем поведении, личное поручительство, отдача несовершеннолетнего под присмотр и передача военнослужащего под наблюдение командования части.

Следственные суды в большинстве случаев избирают содержание под стражей. Это нередко вызывает критику адвокатов и правозащитников: мол, зачем всех подряд закрывать в СИЗО, ведь камеры не резиновые, там есть лимит на содержание людей. Не проще ли отпускать под залог автомобиля или ограничиться подпиской о невыезде? 

Ответа на этот вопрос мы на сайте Верховного суда не нашли. Зато увидели данные, что в первом полугодии 2025 года суды в 63,4 % случаев удовлетворили ходатайства о содержании под стражей. За аналогичный период текущего года они одобрили 60,1 % таких ходатайств, то есть на 3,3 % меньше стали отправлять подозреваемых за решётку.

Другой аспект — это соразмерность наказания совершённому преступлению. Правозащитники и адвокаты часто возмущаются суровыми приговорами подсудимым, признанным виновными в преступлениях небольшой тяжести. Дескать, вместо того, чтобы дать оступившемуся человеку условный срок или штраф, судьи назначают реальный срок лишения свободы: где гуманизм? 

У Верховного суда есть свой контрдовод. На совещании было сказано, что суды в последнее время чаще стали применять наказание в виде штрафов и общественных работ. Если в 2025 году они в 21,8 % случаев назначали такие мягкие виды наказания, то в текущем году в 22,9 % случаев. Как видим, гуманный подход вырос на 1,1 %.

Ещё один важный вопрос – это смягчение наказания для заключённых, отбывших большую часть срока. К нам в редакцию обращались осуждённые зареченской, таразской и семипалатинских колоний, которым местные суды отказали в условно-досрочном освобождении или замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания в виде перевода в колонию-поселения. По их словам, они выполнили все требования статей 72 и 73 УК РК, то есть не имели дисциплинарных взысканий со стороны администрации учреждения и гражданских исков потерпевших, показали примерное поведение и даже заручились поддержкой спецпрокуроров, но всё равно получили отказ.

В то же время другим сидельцам повезло — суды их освободили. Авторы обращений не понимали, почему одни и те же суды кому-то отказывают, а кому-то дают добро при одинаковых положительных характеристиках. Они подозревали, что в каких-то случаях не обошлось без взяток. Также они жаловались на бездействие спецпрокуроров: мол, вместо того, чтобы опротестовать отказное решение суда, те ничего не предпринимают. 

Мы активно освещали эту проблему и отправляли запросы в Верховный суд, Генпрокуратуру и Администрацию президента. Получали ответы, из которых узнали, что Администрация президента в курсе жалоб сидельцев: она изучила их обращения и затем поручила судьям проанализировать практику рассмотрения материалов в порядке исполнения приговоров. По отзывам освободившихся заключённых, в какой-то момент ситуация стабилизовалась, суды чаще стали смягчать наказание, но потом всё вернулось на круги своя.

Вот на прошедшем недавно совещании председатель Верховного суда обратил внимание судей, цитируем дальше, «на необходимость исключения формального подхода касательно практики применения условно-досрочного освобождения и замены меры наказания».

Мы не будем приводить все цифры, озвученные на совещании. Мы остановимся лишь на наиболее показательных данных. 

Завершилось совещание тем, что господин Мергалиев поручил судьям обеспечить единообразное применение новых конституционных норм, а также оперативно, объективно и беспристрастно рассматривать споры. Он выразил уверенность в том, что судейский корпус обеспечит реализацию положений новой Конституции, принципа «Закон и Порядок», укрепление верховенства закона и дальнейший рост доверия к судам.

В следующем материале Orda.kz подробно разберёт конкретные примеры процессуальных нарушений, на которые указывают адвокаты, а также расскажет, как они пытались добиться пересмотра решений и какие изменения предлагают для судебной системы.

Читайте также:

• Петиция заключённых на имя Токаева: почему люди по прихоти судей не выходят на свободу по УДО?
• Интервью с осуждённым полицейским: за УДО в Казахстане просят от полутора до десяти миллионов тенге
• Генпрокуратура отреагировала на петицию осуждённых о проблеме УДО
• Петиция осуждённых на имя Токаева: реакция Астаны на жалобы сидельцев о коррупции в судах