Фильм «Жел тоқтаған жер»: жестокое кино о жестоком времени

Накануне, 16 ноября на Таллиннском международном кинофестивале состоялась мировая премьера нового фильма о голодоморе 1930-х «Жел тоқтаған жер» («Край, где ветер остановился») — от мэтра казахстанского кино Ардака Амиркулова. Тематически картина вписывается в наконец-то появившийся в нашем кинематографе важный тренд.

Только за последний год этот страшный период нашей истории был показан в фильмах «Қаш» Айсултана Сеитова и «Ақ боз үй» Бегарса Елубая, затрагивает тему и киноверсия телесериала «Қаныш» от Ерлана Нурмухамбетова. А с лентой «Жел тоқтаған жер» Ардак Амиркулов, кажется, возвращается не только к историческим корням, но и к истокам собственного творчества.

Режиссёр снова стал активно снимать после довольно долгого перерыва — буквально каждый год у него выходит по картине. Но если две предыдущие работы, «В безмолвии» и «Хирург», где Амиркулов решил обратиться к урбанистическому экзистенциализму, вышли не самыми удачными, то «Жел тоқтаған жер» — новый опыт в переосмыслении исторической национальной трагедии — наконец-то вызывает в памяти прежние сильные работы мастера вроде «Гибели Отрара» и «Прощай, Гульсары!»

Вероятно, сыграло роль то, что сама тема, по словам Амиркулова (выступившего здесь ещё и соавтором сценария), для него исключительно важна. Возможно, такое кино должно было быть снято именно сейчас — когда всё большее количество творческих высказываний становится ярким показателем просыпающейся деколонизации сознания нашего общества. И, кажется, исторические полотна — это фирменный формат Амиркулова, в котором он гораздо лучше себя ощущает, нежели на территории урбанистики.

«Жел тоқтаған жер» — история молодой женщины Жупар, чей муж арестован НКВД. Во время голодомора она остаётся одна с двумя маленькими детьми. Ей нечем прокормить ни сыновей, ни себя, и Жупар решает оставить родной дом и отправиться в дорогу. Мужа своего найти она, кажется, уже не рассчитывает. Но надеется спасти детей, а, кроме этого, уже ничего невозможно желать. Жупар и другим, и себе утверждает, что направляется в некую землю обетованную — ту самую жел тоқтаған жер. Но верит ли она сама в это? В мире, превратившемся в выцветший жуткий ад, уже трудно что-либо понять… 

По дороге Жупар видит чудовищное: бывшего чиновника, угнетавшего своих в угоду коммунистам, который теперь побирается и угощает путницу и её детей жуткой едой; безумную пожилую женщину, которая сама хочет сделать их едой; она видит смерть, ужас и отчаяние, наполнившие казахскую степь. 

Во время просмотра, в первую очередь, на память приходит, конечно, «Гибель Отрара», которая перекликается с новой работой Амиркулова и чёрно-белым визуалом, символизирующим мир, из которого ушли краски и солнечный свет; и утробной правдой в изображении прошлого, чудом пойманным нервом диких, страшных времён. Да, «Жел токтаган жер» в художественном смысле проигрывает ранним картинам Амиркулова. Если сравнивать. Однако это впечатляюще-бескомпромиссное и пугающе-пронзающее тем самым нервом жестокой исторической истины кино.

Напоминает фильм и другие пробирающие до костей картины, рассказывающие о жутких периодах мировой истории. Есть момент, когда Жупар оказывается поставлена перед чудовищным выбором — и тут на память приходит аналогичная сцена с героиней Мерил Стрип в фильме «Выбор Софи» Алана Пакулы.

Есть и поразительная по своей страшной, хтонической мощи сцена, когда Жупар сталкивается со свирепым волком в пустынной степи и кричит ему: «Что, мало тебе той крови, которой вся казахская степь залита?!! Хочешь убить меня, хочешь ещё крови?!» И тут вспоминаешь уже казахстанскую классику — «Лютый» Толомуша Океева.

Да, «Жел тоқтаған жер» нельзя, пожалуй, поставить в один ряд со знаковыми лентами Ардака Амиркулова. Здесь не хватает драматургической и визуальной безупречности «Гибели Отрара» или яркого драматизма «Прощай, Гульсары!», однако эта картина берёт своей бескомпромиссной, жуткой, пугающей правдой. Фильм можно даже назвать жестоким по отношению к зрителю, но, возможно, именно таким и должно быть кино о том жестоком времени.