Эксперт рассказал о нюансах газового соглашения Казахстана, России и Узбекистана

Газовое соглашение между Россией, Казахстаном и Узбекистаном вызвало много кривотолков. Ещё больше напряжения добавляет то, что подробности договоров пока не разглашаются. Специально для Orda.kz эксперт в нефтегазовой отрасли Артур Шахназарян объяснил, почему нам не стоит переживать, что в данном подразумевает понятие "Дорожная карта" и как Казахстан может выиграть от этого сотрудничества.

Артур Шахназарян:

Есть нюанс

Соглашение по газу между Узбекистаном и Россией, а также Казахстаном и РФ заключено на одних принципах. Но мало кто обратил внимание на один нюанс. Это юридически оформленное соглашение в виде Дорожной карты!

Дорожная карта – это фиксация стартовых позиций для выхода к базовому соглашению, политическое заявление о желании сторон пройти эту дорогу и выйти к соглашению, декларация о политической воле договаривающихся сторон.

Надо понимать, что Дорожная карта – это не контракт. Это встречное движение сторон с правом коррекции по ходу движения, ориентир к подписанию контракта при наличии некоторых показателей. И первое – это возможность самой транспортировки. Сейчас же реверса трубопровода нет. А с этого надо начинать – повернуть направление трубопровода в обратную сторону.

Все зациклились на собственности трубопроводов. На самом деле главное – объём газа, набор обязательств, цена газа, тариф транзита и налоговый режим! Собственник отвечает за закачку технического газа в трубу и сам платит за него, а не продавец газа.

Термин "газовый союз" сам по себе совершенно неуместен в этой ситуации. Это один из помощников Токаева выдал его на-гора для пафоса, и пошло-поехало. Это обычный газовый контракт, в котором нет ничего необычного. Но он может стать частью большего.

Здесь поясню. Параллельно с казахстанцами, русские провели серию встреч с туркменами! И в этом – вся соль. Свободные запасы туркменского газа, если они ещё есть, хотят направить на юг, через Афганистан в Пакистан и Иран. Но подкреплять всю эту конструкцию будет "Газпром". В результате схем замещения русские достигают рынков сбыта Южной Азии. Вот здесь появляется геополитический момент. Русские переправляют часть своего газа вместо европейского рынка на бурно развивающийся южноазиатский рынок. Но нас это почти никак не касается! У нас иные интересы: получить больше газа по меньшей цене для своего населения в центре и на востоке страны, используя своё транзитное положение по отношению к Китаю и Узбекистану. И больше у наших властей задач нет.

Вообще реверс дело не трудное. Да и строительство новых трубопроводов не самое тяжёлое дело и по вложениям, и по срокам. Главное, договариваться, исходя из технических условий трубы по объёму газа, условиям прокачки и формуле цены. И всё!

Вот с туркменским фактором всё сложнее. Есть три магистральных газопровода. Мы сейчас заключаем Дорожную карту на старый советский газопровод Бухара – Урал с реверсом объёмом всего лишь в 8 млрд кубических кубометров. И все наши переговоры с РФ, и Узбекистана с Россией ведутся пока только по нему. Но Узбекистан ещё отдаёт России обязательства по своей экспортной квоте в Китай и Афганистан.

Отдельно же и параллельно идут переговоры о более крупном проекте. Я бы его назвал "Бросок на юг". Есть ещё экспортный магистральный трубопровод "Интергаз – Центральная Азия" с объемом 49 млрд кубических кубометров. По нему Туркменский газ когда-то шёл в Россию. Несравнимые объемы: Бухара – Урал – 8, а "Интергаз" – 40! Вот по нему включается геополитика и газовый союз. Если пойдёт речь о реверсе по "Интергазу" вместо севера на юг, вот тогда включается весь масштаб замысла.

Китай большую часть туркменского газа зафиксировал, законтрактовал, и двумя трубопроводами переправляет его к себе. По нашей территории проходит часть этого газа по трубопроводу Бозой – Шымкент. А остатки своего газа туркмены иногда продавали в Иран и Узбекистан.

Но замысел России заключается как раз в том, чтобы переправить другой объём туркменского газа вкупе со своим в Индию, Пакистан, Афганистан и Иран, а рынки газа Узбекистана и нашего вкупе с китайским оставить себе. Это довольно масштабная комплексная игра для переправки своего объёма газа вместо Европы на другой рынок. Не думаю, что это сильно нравиться китайцам. Что самое любопытное, Индия становиться главным конкурентом Китая. У кого газ, у того и быстрее развивается промышленность и товарное производство.

Казахстан может выиграть от обоих реверсов

Что касается собственности на трубу, то наша власть тоже выторговала у Китая собственность на трубопровод Бозой – Шымкент. Газ по ней идёт Туркменский. Построен он на деньги и кредиты китайцев, но собственность на казахстанский участок остался у нас. Китайцы с этим не спорили, но оформили эти инвестиции в кредит. Вот откуда у нас долги Китаю. Мы должны оплатить своё суверенное право. Вот отсюда, с этой трубы, и начался рост значимости "Казтрансгаза" (ныне QazaqGaz – Прим. ред.).

Также и России будет абсолютно всё равно, кому принадлежит трубопровод на той или иной территории. Лучше, конечно, для них, когда он един в управлении, но вполне рабочая схема, когда он в собственности стран. Китай же эту проблему решил, выдав кредиты: свои деньги он вернёт. А что такое собственность на трубу в практическом смысле? Ты со своего кармана обязан содержать трубу в рабочем состоянии. И будешь платить штраф, если газ не пройдёт. За суверенность надо платить.

Как итог значимость реверсного экспорта российского газа в Узбекистан и нам несколько переоценена. Но этот реверс – предисловие для более масштабного и безусловного геополитического броска российского газа в страны Южной Азии. И это имеет глобальный экономический смысл. Но пока о том, что может быть, ещё сильно рано говорить. Мы пока решаем иную проблему в ином масштабе. Но это для нас. А для узбеков вопрос критический.

Главное, у нас хорошая позиция, в которой мы только выигрываем. Может, не сильно много, но минусов для нас нет. Казахи опять самые хитрые.