Убить дракона января

80 лет назад Евгений Шварц написал пьесу «Дракон», которую советская цензура не выпускала в свет из-за слишком многих совпадений с действительностью. 35 лет назад Марк Захаров снял по мотивам произведения Шварца фильм «Убить дракона», который в перестройку смотрелся злободневно. И вот теперь сюжет перебрался в Алматы – и снова зазвучал пугающе актуально. Спектакль «Шах и мат» в постановке Елизаветы Высочиной-Флах показали в арт-убежище Bunker.

В разгар июльской жары Bunker манит прохладой. А потом обливает ледяной водой, заставляя вернуться в январь 2022 года. Сюжет спектакля переделан под события Қанды Қаңтар. Есть дракон, который терроризирует город, его родственники-рептилии («Гады!» – восклицает Бургомистр) и безвольные жители, которые закрывают глаза на проблемы.

И в этом, пожалуй, одновременно изюминка и главная слабость спектакля. Слабость – потому что, кроме «актуальной повестки» в спектакле «Шах и мат», по сути, нет почти ничего. Конечно, создатели оставили главную мысль Шварца о свободе и драконе в головах. Но при этом постановка невыразительна с точки зрения сценографии. Да, роль дракона исполняет знаменитый мим Сергей Червяков, что само по себе зрелище. Харизматичны и другие актёры – Константин Козлов (Бургомистр) и Пётра Эзау (Ланцелот), которые вдобавок пародийно озвучивают куклы-народ. Но излишне драматично звучит в саундтреке They Don’t Care About Us Майкла Джексона (в виолончельной обработке), плюс можно отметить приём с шахматами – не оригинальный, пусть и работающий. В остальном минимализм постановки как будто не даёт ей развернуться.

«Шах и мат», скорее, полная противоположность захаровской трактовки, где чересчур много фрагментов. К тому же из спектакля выкинули любовную линию, сделав упор только на политику. Но так, что казахстанский контекст оказался понятен и приезжим. Особенно тем, кто уехал от своего дракона.

«Шах и мат» – хорошая политическая сатира, местами довольно смелая. А закольцованность сюжета, мрачные цвета и костюмы, низкие потолки и запах бомбоубежища оставляют странно-горькое послевкусие. Бункеровская прохлада превращается в бегущий по спине холодок: неужели ничего не поменяется, и все движения в высших кругах власти остаются рокировками для вида? Но, несмотря на прямоту, в спектакле нет назидания, только эдакий крючок зрителю: а ты готов встретиться со своим драконом?