Сериал Fallout: Нолан и атомная бомба, дубль два

Восьмисерийный Fallout — долгожданная адаптация культовой видеоигровой франшизы о приключениях в постъядерной Америке, где есть Nuka-Cola, мутанты всех видов и Новая Калифорнийская Республика, чей флаг украшает огромный двуглавый медведь. Критики и фанаты в восторге, и Fallout уже называют одним из лучших примеров перевода игр на язык кино, а некоторые готовы простить Amazon даже сериал по «Властелину колец».

Какое время, такие и новинки: сразу две большие апрельские премьеры предлагают зрителям окунуться в тревожное будущее, если не целого мира, то хотя бы США. В кинопрокате идёт первый блокбастер компании «A24» «Падение империи» о новой гражданской войне федералов и сепаратистов, а на домашних экранах — Fallout, где после пережитого удара атомной бомбы к концу XXIII века люди (и не только, учитывая новые ядерные реалии), по-прежнему, не научились договариваться и грызутся между собой, хоть под землёй, хоть над ней.

Но если «Падение империи» называют чуть ли не новым ответом «Иди и смотри» и «Апокалипсису сегодня», спровоцировавшим поток дискуссий, то Fallout, несмотря на обилие жестокости (в кадре регулярно раздавливают головы, отрезают куски плоти и отстреливают конечности), — относительно безопасное, весёлое и достаточно увлекательное зрелище для вечернего просмотра. В чём-то даже старомодное, как и сама эта вселенная, где компьютеры до сих пор работают на электролампах, а культура — или то, что от неё осталось, — эксплуатирует образы якобы беззаботных 1950-х.

Создатели сериала (самые «брендовые» имена — Джонатан Нолан и его жена Лиза Джой, придумавшие «Мир Дикого Запада» и выступающие здесь исполнительными продюсерами) пошли по проторенной дорожке, что немудрено, когда у франшизы, созданной почти три десятилетия назад, такой богатый лор (история вселенной игры, от английского lore — предание), а шаг влево или вправо может быть расценён фанатами как предательство.

Основные сюжетные миссии героев были скопированы из игр: поиск отца позаимствован из третьей части, могущественного артефакта для спасения людей — из второй, а почти мимоходом упоминаемый поломавшийся чип для очистки воды в Убежище (очевидный крючок на будущие сезоны), как и появление Нью-Вегаса, отсылает к первой. 

В наличии безрассудные учёные и мутные дельцы из больших корпораций, нового теневого правительства: очень мило, конечно, что Amazon бросает камень в огород здешнего монополиста Vault-Tec, готового на всё ради увеличения капитала, даже на ядерный удар. Безумный постапокалиптический мир выглядит таким себе парком аттракционов (всё с задором и немножко понарошку, как в кино, не зря в финале герои проходят мимо обветшалого знака Голливуда), а древний радиоактивный гуль, топчущий Пустошь и являющийся одним из ключей к мифологии этого мира (он, например, проливает свет на происхождение знаменитого маскота Волт-Боя), фактически списан с загадочного Человека в чёрном, такого же дьявольски харизматичного и по-своему трагичного. Правда, есть в нём что-то и от Маски в исполнении Джима Керри.

На вестерн опираются не только в его постмодернистском виде, но и более классическом — куда, например, без цитаты из легендарных «Искателей» с Джоном Уэйном, яростным голливудским антикоммунистом. Линия «охоты на ведьм» с приветом сенатору Маккарти и сатирой на американскую мечту из прошлого, кстати, тоже есть, хотя ей бы не помешало побольше остроумия, скажем, в духе братьев Коэн. 

Есть «хорошая» Люси (Элла Пернелл) — номинально главная в сюжете, оптимистичная девушка из Убежища 33, которая поднимается на поверхность, чтобы отыскать своего отца, и быстро обнаруживает, что реальный мир сильно отличается от наивных представлений её привилегированных соплеменников, верящих, что однажды они облагородят Пустошь. Есть «плохой» Максимус (Аарон Мотен) — неофит из военизированного ордена Братство Стали, где сохраняется религиозная приверженность к довоенным технологиям, и за тостер можно отдать жизнь. Он многое пережил и из-за своих обид готов даже на низкие поступки, чтобы подняться по карьерной лестнице Братства. Наконец, есть «злой» гуль (Уолтон Гоггинс) — некогда успешный актёр Купер Говард, а теперь охотник за головами, помнящий мир ещё 200 лет назад.

Они встречаются в погоне за изобретением, которое похитил учёный-предатель из Анклава (если не играли в Fallout — нестрашно; на многие вопросы в сериале специально не спешат давать ответы). На самом деле, поначалу все трое не вызывают большого интереса. Как ни странно, первые три серии, поставленные самим Ноланом, получились чуть ли не самыми блеклыми во всем сезоне. Джонатан тратит слишком много времени на экспозицию — необходимую, но порой уж слишком безыскусно выполненную: от переизбытка слоу-мо в первом эпизоде хочется закатить глаза, а почти двадцатиминутное противостояние «хорошей», «плохого» и «злого» во втором сделано без должного огонька. В «Мире Дикого Запада» в таких перестрелках хотя бы включали кавер-версию Paint It Black.

Но потом персонажи обретают жизнь: получают мини-квесты, попадают в бо́льшие передряги и начинают меняться, сталкиваясь с необходимостью выбора, — так обыгрывается важная RPG-составляющая первоисточника.

Помимо игровых механик, на экран хорошо ложится и мир Fallout — обязательно фактурный, в меру пошарпанный, в меру уютный, чья яркая картинка пришла уже современных частей (их создатель Тодд Говард — один из кураторов сериала), напирающих на полупародийную ретрофутуристическую эстетику. Короче говоря, мир очень-очень «ламповый». Кстати, не зря Fallout, словно по заветам Нолана-старшего, снимался на 35-миллиметровую пленку. На него точно будет приятно смотреть новичкам, а поклонники наверняка будут искать в постерах и вывесках на заднем плане пасхалки — с фан-сервисом тут всё в порядке.

Разумеется, звучит и ключевая для философии франшизы фраза «война никогда не меняется», подводящая черту под первым сезоном. «Эффективный менеджмент», чьи амбиции привели человечество к катастрофе, утверждает, что главное оружие в этой войне — время, которое меняет мир до неузнаваемости (начало и конец здесь символически перепутаны местами, и финальный эпизод озаглавлен The Beginning, а первый — The End). Легко поверить, что сами сценаристы придерживаются похожей точки зрения: Fallout, учитывая количество клиффхэнгеров, явно намерен растянуться на годы вперёд, делая каждый сезон прологом к следующему. Кажется, это и подвело «Мир Дикого Запада», который в итоге превратился в бесконечный лабиринт загадок, поэтому остаётся надеяться, что в этот раз сценаристы хорошо владеют своим оружием, в отличие от дельцов из Vault-Tec.