Не плагиат, а рестайлинг речи: на апелляции по делу Лизы Пылаевой ответили на обвинения в адрес судьи

В Алматинском городском суде по уголовным делам состоялось второе заседание апелляционной коллегии по делу Лизы Пылаевой. В четверг, 20 февраля, выступили адвокаты и экс-обвиняемые. Шестилетняя девочка погибла в 2019 году. Суд первой инстанции оправдал тётю Лизы Ольгу Шмакову, её бабушку Леонарду Рыжакову и садовника семьи Ухтама Махмудова. Orda.kz продолжает следить за делом.

Адвокат Азат Егенов заявил, что в апелляционной жалобе указано множество ссылок на законодательство, но нет никаких доказательств вины. Защитник упоминает протоколы осмотра, которые были составлены на месте происшествия, и подчёркивает, что в мае 2019 года на территории частного дома произошло не убийство, а несчастный случай. 

По словам Егенова, показания засекреченного свидетеля Жалекова, которые стали ключевыми при выдвижении обвинения, не согласуются с самим обвинительным актом, а экспертизы не дополняют друг друга, а противоречат. 

«Прокурор указывает прямой наезд в качестве способа совершения преступления, а допрошенный в суде эксперт Хасанов исключил прямой наезд. Эксперты заявили, что повреждение позвонков могли образоваться при падении, а раны — от укусов собаки. Другие эксперты говорили, что потерпевшая могла получить травмы только сидя в кресле автомобиля и упав головой вниз», пояснил адвокат.  

По его словам, показания обвиняемых были одинаковые и последовательные. В деле имеются экспертизы, которые подтверждают, что признаков заученного и заранее подготовленного текста нет. Никаких подозрений не вызывает и поведение семьи Шмаковых, попавших на кадры камер видеонаблюдения в ТЦ «Достык Плаза», куда они, по версии следствия, поехали, чтобы обеспечить себе алиби. 

«Видно, что родители и дети находятся в нормальном настроении: беззаботно и неспешно гуляют. Ничего не передаёт психического напряжения», цитирует Егенов заключение эксперта. 

Комментируя то, что мотивировочная часть приговора на 80 % состоит из его речи во время прений, он заявил: 

«Это лишь доказывает обоснованность моих доводов — суд по-другому не мог расписать приговор. Это не является плагиатом, как об этом заявили представители потерпевших. Обоснованность моих доводов, высказанных на прениях сторон, была отражена в приговоре. Суд не мог по-иному расписать приговор, поскольку мы все пользуемся одним законом. Если бы подтвердились доводы обвинения и суд отразил бы их в приговоре, тогда бы я, наверное, тоже обвинял суд. Вы все слышали трёхчасовое выступление адвоката Сулейменовой, которое фактически также можно назвать плагиатом апелляционного ходатайства прокурора, но просто в рестайлинговом виде».  

Он попросил оставить апелляцию без удовлетворения, потому что доказательств вины предъявлено не было.

Адвокат Наталья Гуторова тоже считает, что ни одного неопровержимого доказательства вины Ольги Шмаковой нет. Нет даже доказательств наезда на погибшую Лизу — характерных для ДТП повреждений ни на автомобилях, ни на теле девочки. 

Рена Керимова напомнила, что все сомнения нужно толковать в пользу подсудимого. 

«Вина моей подзащитной не была доказана в суде. Сторона защиты представила все доказательства невиновности как Шмаковой, так и Рыжаковой и Махмудова. Защита вызывала в суд людей, которые были вхожи в дом, чтобы доказать, что ревности не было. Именно ревность, по версии обвинения, была главным мотивом. Защита пригласила в суд тех людей, которые знают семью. Говорить о том, что люди заинтересованы только потому, что когда-то работали в семье Рыжаковых, это как минимум неоправданно. Если было бы ДТП, то весь двор был бы залит кровью. Если девочку мыли, то где-то же это происходило. Невозможно смыть такое количество крови в частном доме, кровь в принципе не смывается. Ни капли крови не нашли: ни на Ольге, ни на Ухтаме, ни на машине, ни на самой девочке», сказала адвокат. 

Рена Керимова не считает нарушением и дословное использование судом речи её коллеги:

«Где в законе указано, что суду запрещено брать доводы защиты? Адвокат Егенов молодец, обосновал свои прения. Для этого мы прения в письменном виде в принципе и передаём суду, чтобы суд мог на них сослаться. Я здесь никакого криминала и преступления не вижу».   

Игорь Пан заявил, что сторона обвинения пытается интерпретировать отдельные обстоятельства в свою пользу, тогда как доказательства в причастности отсутствуют. 

Оправданные Ольга Шмакова, Леонарда Рыжакова и Ухтам Махмудов поддержали защитников и тоже обратились к судебной коллегии. Они указали на попытку заменить объективное рассмотрение дела эмоциональным давлением на суд. 

«Выводы специалистов подтвердили, что моя дочь не управляла автомобилем в предполагаемое время, и никак показания не содержали признаков ложности. Прошу апелляционную инстанцию прекратить дальнейшее преследования меня и моей семьи», сказала Леонарда Рыжакова.

На заседании 13 февраля заслушали прокурора и потерпевшую сторону. Отец девочки Александр Пылаев попросил обратить внимание на выборочность тех показаний, которые судья СМУС Алматы Бахытжан Бакирбаев учёл при вынесении вердикта — показания как будто подгонялись под оправдательный приговор. 

Читайте также: 

• Нарушил тайну и подгонял показания: в чём обвиняют судью на апелляции по делу Лизы Пылаевой