Макс Бокаев и Талгат Аян подали судебный иск. Ответчики — президент и спикеры обеих палат парламента. Редакция Orda.kz решила выяснить, какие цели преследуют атырауские активисты и почему они уверены, что протестный потенциал в стране пойдет по цивилизованному пути в случае успеха.

Макс Бокаев уверен, что поправки, запрещающие самовыдвижение в маслихаты, ограничивают права граждан.

Поэтому его основное требование – признать незаконными поправки в Закон «О выборах», которые были внесены 29 июня 2018 года. Согласно закону, депутаты выбираются по партийным спискам, а независимые кандидаты баллотироваться в маслихаты не могут. Ответчиками активист указал президента Касым-Жомарта Токаева, спикера мажилиса Нурлана Нигматулина и спикера сената Маулена Ашимбаева.

Гражданин Казахстана, который не поддерживает ни одну из политических партий и не зарегистрирован в них, с вступлением в силу поправок к закону фактически не мог стать депутатом.

     — Я узнал об этом на зоне. Сидя там, невозможно было тщательно изучить документы, собрать важные сведения и прочее, поэтому я не мог в полной мере выразить свои мысли и отправить ответчикам исковое заявление. Лишь выйдя на свободу, я решил посмотреть, что можно сделать для того, чтобы вернуть гражданам Казахстана их право выдвигаться в депутаты.

«Чудеса случаются»: почему Макс Бокаев решил судиться с Токаевым и Нигматулиным
azh.kz

Активист утверждает, маслихаты – это очень важная составляющая местного самоуправления, так как все проблемы в любом населенном пункте Казахстана должны решаться исключительно на местах. «Их невозможно решить из Нур-Султана, не видя всех трудностей».

    — Такая тенденция наблюдается во всем мире. Страны западной Европы практически близки к идеалу в этом вопросе, но в странах бывшего Советского Союза ситуация в этом аспекте аховая. Изучив законы, я пришел к выводу, что есть шанс вернуть это право.

Бокаев уверен, добиться справедливости ему поможет одна из глав Гражданского кодекса. По его словам, «там есть возможность опротестовать нормативы, которые принимает правительство, законы, которые ущемляют или ограничивают права граждан».

     — Пока заявление не принято, но они обязаны это сделать. Каждый имеет право быть выслушанным в суде. Однако, что именно решит суд, это уже другой вопрос. Конечно, я и мои коллеги в этом плане иллюзий не строим. Мы все понимаем, в какой авторитарной стране мы живем. Суд не является независимым органом. Но в новейшей истории Казахстана есть прецеденты, когда граждане так или иначе смогли воздействовать на правительство, и оно пошло на изменение законов.

Например, президент, в конце концов, высказался насчет законопроекта, который позволил бы запретить продажу и передачу в аренду земель сельскохозяйственного назначения иностранцам и иностранным юридическим лицам.

      — Самое интересное то, что когда эти злополучные поправки по земле принимались в 2016 году, Токаев был председателем сената. Таким образом, иногда чудеса все-таки случаются. Вполне возможно, что иск рассматривать не будут. Однако, учитывая всю политическую ситуацию, мы видим, что выгода от нашего иска будет не только гражданскому обществу, но и власти.

«Чудеса случаются»: почему Макс Бокаев решил судиться с Токаевым и Нигматулиным
Фото: uralskweek.kz

Бокаев рассказал, что будет, если суд все-таки удовлетворит исковое заявление. По его мнению, протестный потенциал граждан просто войдет в цивилизованное, правовое русло. А если 30-40% маслихатов будут заняты представителями гражданского общества, то «земля не перевернется от этого».

      — Общество будет иметь доступ ко многим документам. Они будут допущены к принятию решений действительно на благо народа. Я думаю, что, как минимум, уменьшится коррупция в регионах, станут меньше бесконтрольно и неоправданно использовать бюджетные средства. Если совсем размечтаться, то мы по законам сможем доказать, что выборы 10 января 2021 года в мажилис были недействительны. Конечно, на это они уже точно не пойдут, но чем черт не шутит. Надеюсь, потомки запомнят, и это оставит след в истории.

Согласно уведомлению, копию которого опубликовал другой активист, иск подан 29 марта в Атырауский городской суд по гражданским делам.

«Чудеса случаются»: почему Макс Бокаев решил судиться с Токаевым и Нигматулиным

Макс Бокаев и Талгат Аян – гражданские активисты. В ноябре 2016 года их обвинили в разжигании социальной розни, нарушении законодательства о проведении митингов и в распространении ложной информации после стихийного земельного митинга в Атырау в апреле 2016 года. Наказание – пять лет лишения свободы.

Аян вышел из колонии досрочно, в 2019 году. Бокаева освободили лишь в феврале этого года. Как ранее сообщали в комитете уголовно-исполнительной системы министерства внутренних дел, «активисту запрещено организовывать, проводить и (или) участвовать в различных конференциях, дебатах, телемостах, телепередачах, в том числе в средствах массовой информации и социальных сетях».

В целом, суд наложил на Бокаева следующие ограничения сроком на три года:

  • запрещается выезжать из Атырау по личным или рабочим делам без письменного разрешения полиции, которая осуществляет административный надзор;
  • запрещается покидать жилище в будние дни с 22:00 до 6:00, а также в праздничные и выходные дни, если дела не связаны с рабочими обязанностями;
  • запрещается обсуждение общественно важных вопросов и выражение мнения по ним на улицах, площадях, в парках и скверах, увеселительных заведениях и других общественных местах;
  • в период административного надзора активист обязан отмечаться в управлении внутренних дел города Атырау по обозначенному полицией графику.
Поделиться: