Китай вытесняет Россию из Центральной Азии?

В XIX веке Центральная Азия была ареной так называемой “Большой игры” между Россией и Великобританией. Две европейские державы вели геополитическую войну за Туркестан и Афганистан, бывшие тогда стратегически важными регионами. Об этом пишет портал Equaltimes.

История повторяется и в XXI веке большая игра ведётся снова. Поменялись игроки – вместо Великобритании в игру вступил Китай, которые имеет большие планы на Центральную Азию. Но Россия не хочет уступать место “восточному партнёру”, учитывая давние интересы Кремля в этом регионе.

Какие интересы преследует Китай в Центральной Азии, и как он теснит Россию – читайте в обзоре Orda.kz.   

Ссылка на оригинал.

Борьба за лидерство продолжается

Китай вытесняет Россию из Центральной Азии, пытаясь завладеть статусом доминанта в Евразии. Эта стало возможным благодаря мягкой силе Пекина, упакованной в обёртку экономических инвестиций в крупные логистические проекты.  

Дело в том, что транспортная инфраструктура Китая меняет маршрут торговли со странами Центральной Азии. Милитаристская политика Кремля в Украине усложнила отношения с центральноазиатскими республиками, опасающихся международного давления из-за антироссийских санкций. На фоне этих противоречий Китай воспринимается многими как прагматичный партнёр.

Долгое время Китай уступал России роль геополитического лидера. За последние два десятилетия Москва и Пекин занимали разные ниши влияния Центральной Азии. Это позволило Китаю расширить свою торговую сеть в регионе, в то время как Россия традиционно обеспечивала безопасность своих сателлитов.

Как утверждает автор, с поражением талибов в 2001 году Россия укрепила статус регионального жандарма, помешав интересам США и НАТО в регионе. Но ситуация начала меняться с середины 2010-ых годов.

Подорванное доверие к Кремлю?

Конфликт в Украине поколебал уверенность Центральной Азии в России как гаранте безопасности и стабильности. Многие связывают это с аннексией Крыма, поддержки пророссийских настроений в Донбассе и все более жёстких требованиями Москвы к своим центральноазиатским партнерам.

Недавний саммит ШОС в Самарканде подчеркнул растущее признание Китая в Центральной Азии. Консолидация вокруг Председателя Си Цзиньпина на XX съезде компартии Китая напомнила странам Центральной Азии о схожих процессах, происходивших в советские времена.

Новый Шёлковый Путь

Одним из первых удачных китайских проектов в Центральной Азии был “Пояс и путь”. Инициатива направлена на крупномасштабное развитие транспортной инфраструктуры, в частности железных и автомобильных дорог, а также портов (в Восточной Азии, на Ближнем Востоке и в Турции) и специальных экономических зон. Сухопутные и морские ответвления нового Шёлкового пути начали формироваться как глобальные торговые пути, какими они примерно были в средние века.

Меньше чем за десятилетие китайский проект превзошел все ожидания. Как видно, не только Москва, но и Вашингтон внезапно осознал, что Китай становится очень сильным соперником американской гегемонии в Евразии.

Проблемы Китая

Вторжение в Украину понизило доверие к России в Средней Азии. Эта война также вредит китайским планам в регионе, хотя дискредитация Москвы играет Пекину на руку. Это позволяет КНР занимать некоторые из бизнес-ниш, которые прежде находились в руках российских компаний. 

Однако Китаю приходится считаться с последствиями войны. Инфляция и рост цен на продукты питания и топливо наносят Китаю очень большой ущерб. Война подрывает китайский бизнес по всему миру, особенно в азиатских странах.

Геополитическое ослабление Кремля как сдерживающей и военной силы не вполне выгодно для Китая. Это связано с тем, что Пекин находится под давлением США, в частности в тайванском вопросе. Впрочем, дело не только в этом.

Попытки Соединенных Штатов изолировать Китай, сведя его к роли глобального производителя электронных компонентов, терпят неудачу. Региональные саммиты в Узбекистане и Казахстане показали, что страны заинтересованы в сотрудничестве с Китаем. Красный дракон рассматривается как альтернатива России и США. Безусловно, перспективы сотрудничества с КНР дают много хорошего. Но вопрос здесь в другом: можно ли доверять Китаю?

Синьцзянский вопрос

Политика Китая в Синьцзяне является болезненной темой в Центральной Азии. Очевидно, что информация о преследовании уйгуров, народа тюркского происхождения, ставит под сомнение доверие Пекину. Масла в огонь подливают тревожные сообщения Amnesty International, Human Rights Watch и других правозащитных организаций о массовых нарушениях прав человека в Синьцзяне.

Впрочем, едва ли это сильно заботит центральноазиатский истеблишмент. Тем более, правительства центральноазиатских республик также не отличаются успешным соблюдением прав человека. Поэтому в Центральной Азии скорее готовы не замечать ситуацию в Синьцзяне, учитывая влияние китайских инвестиций на экономики. Страны региона сотрудничают с Китаем, минуя или обходя неудобные моменты.

Китай действует из прагматичных соображений?

По утверждению автора, новая большая игра не является копией старой. Если в прошлом Большая игра в Центральной Азии обуславливалась геостратегией и идеологией, то сегодня в ней преобладает материальный расчёт. Среди других азиатских тигров нет страны более прагматичной, чем Китай. Но будет ли это к лучшему или к худшему – покажет только время. Странам Центральной Азии, между тем, стоит быть объективными и прагматичными в отношениях с Пекином.

В любом случае, многое будет зависеть от того, что произойдет в Украине в ближайшие месяцы. Отношения Москвы и Пекина не обязательно должны заканчиваться соперничеством, учитывая энергетические интересы двух стран. В 2024 году, например, начнется строительство газопровода «Сила Сибири-2». Он сможет доставлять пятьдесят миллиардов кубометров газа в год из России в Китай.

Но есть одно обстоятельство, которое сейчас кажется необратимым. Даже если в Украине настанет мир, не стоит ожидать возвращения поставок энергоносителей в Европу. По крайней мере, первое время и не в таких же крупных оборотах. Используя это, Китай явно настроен стать основным и приоритетным рынком сбыта российского топлива.