Фильм «Вот это драма!»: киноневроз под маской ромкома

Главная премьера этой недели – одна из самых ожидаемых и уже нашумевших картин года «Вот это драма!» Кристофера Боргли. Сработала и магия двух суперзвёзд, Зендеи и Роберта Паттинсона, а также интересный маркетинг фильма, например, студия «А24» открыла в Лас-Вегасе стилизованную часовню, где желающие могли пожениться в любой момент. Добавил таинственности и запрет прессе разглашать главную интригу, хотя американские зрители увидели фильм на пару недель раньше нас и успели разжечь любопытство бурными обсуждениями.

«Вот это драма!» – далеко не классический ромком, как можно было бы подумать по постеру и промокампании. В данном случае, думаю, авторы ввели публику в заблуждение сознательно – рассчитывая на когнитивный диссонанс от ожидаемого и увиденного по факту. Вместо милой истории про свадьбу зритель получил микс психологического триллера и чёрной комедии.

История невротичного героя Кейджа, который вдруг стал сниться людям по всему миру, во многом перекликается с «Драмой!» (таково и оригинальное название лента – просто The Drama): и в плане кинематографического стиля, и в прорисовке главного героя.

О чём же новый фильм? Чарли и Эмма – красивая счастливая пара, готовящаяся к пышной свадьбе. Буквально за неделю до торжества, дегустируя праздничное меню в ресторане, они ввязываются в компании друзей в сомнительную игру «Расскажи свой самый худший поступок в жизни». У всех они довольно неприглядные, но, когда очередь доходит до подвыпившей Эммы, возникает эффект бомбы – друзья в шоке, а Чарли уже и не уверен, что хочет жениться.

«Вот это драма!» – оригинальное и актуальное, но при этом не то что бы шедевральное кино. В драматургическом плане ощутимо не хватает трёх-четырёх дополнительных сюжетных перипетий. Конфликт в картине, по сути, один, и всю последующую часть фильма он всячески размазывается. В итоге лента выглядит не полноценным полотном, а больше скетчем, пусть и талантливым.

Но чём фильм по-настоящему хорош – тем, сколько животрепещущих вопросов он поднимает и сколько параллелей рождает в мозгу.

Если говорить о киноаллюзиях, «Драма!» вызывает в памяти много всего: от «Слона» Гаса ван Сента и «Вокс люкс» Брэйди Корбета до «Торжества» Томаса Винтерберга и «Меланхолии» Ларса фон Триера (сказываются скандинавские корни Боргли). А больше всего – внезапно! – напоминает картину «Причуды одной блондинки» португальского классика Мануэла де Оливейры. В ней главный герой преодолевает немыслимые препятствия ради возможности жениться на любимой, но в момент, когда хэппи-энд уже близок, а пара идёт выбирать свадебные кольца, внезапно узнаёт неприглядный секрет невесты, и тут же разрывает отношения. Придуманный образ разрушен, а реальный оказывается не по силам жениху. Вспоминается по касательной и «Особое мнение» Стивена Спилберга, где людей арестовывали за преступления, которые им только предстояло совершить в будущем.

Ну а количество берущих заживо вопросов, поднятых в «Драме!», взрывает мозг. Надо ли наказывать человека за помысел о преступлении, если в итоге оно так и не совершено? Может ли намерение сделать ужасное перевешивать чьи-то уже реализованные плохие деяния пусть и меньшего масштаба? 

И ещё много всего – тут даже хочется употребить осточертевшую фразу «заставляет задуматься».

На примере Чарли мы видим и проблему чрезмерной зависимости современного человека от общественного мнения – настолько, что он уже не понимает, а что сам думает по тому или иному поводу. Сама по себе ключевая ситуация с Эммой поднимает темы и школьного буллинга, и отсутствующих родителей, и болезненного социального явления, настолько вросшего в коллективное бессознательное общества (в данном случае, американского), что трудно понять, может, это уже воспринимается людьми как что-то привычное? Как некое готовое решение в проблемной ситуации?

Кристофер Боргли проделал пусть и не идеальную, но хорошую работу – и как сценарист, и как режиссёр. Визуальное решение картины вторит невротичной природе главного героя как типичного представителя современного общества – нервный рваный монтаж, текущие события перемежаются флэшбеками и фантазиями героя, а то и просто чёрными кадрами. Чарли уже успели сравнить и с персонажами Вуди Аллена, и с Новосельцевым из «Служебного романа», и надо сказать, что Роберт Паттинсон справился с ролью на все сто. За последние месяцы это уже вторая его работа в образе отталкивающего мужа героини-загадки – ранее мы видели его в фильме «Умри, моя любовь» Линн Рэмзи в паре с Дженнифер Лоуренс.

Все актёрские работы в «Драме!» заслуживают похвалы: хороша в роли токсичной подруги пары и муза Пола Томаса Андерсона Алана Хаим, хорош и Мамуду Ати из нетфликсовского «Архива 81» в образе её мужа Майка. Но в первую очередь, конечно, хочется выделить Зендею. В последнее время она совершила прямо-таки квантовый скачок в актёрском плане. Если раньше даже в удачных ролях всё равно проглядывала сама звезда, то в «Драме!» и недавно начавшемся третьем сезоне «Эйфории» стало заметно, что она перешла на новый уровень – мы видим только Эмму, видим только Ру, и это очень впечатляет.