В Нур-Султане продолжается закрытый процесс по делу о многомилионных хищениях в «Астана LRT». Свидетелем проходит бывшая сотрудница компании, состоявшая в отношениях с Талгатом Арданом, об этом сообщает ИА «NewTimes.kz».

Сейчас онлайн заседания идут в закрытом режиме. По мнению следствия, организатор хищений – бывший директор компании Талгат Ардан, который находится в международном розыске. На второй неделе процесса, аккурат во время дачи показаний важного свидетеля – бывшей сотрудницы «Астана LRT» Айжан Акбаевой, судья отключил всех журналистов от трансляции. Причина – якобы журналисты публикуют показания свидетелей до того, как все выступят, что является нарушением правил допроса и может привести к тому, что остальные поменяют свои показания.

Таким образом, заседания суда, по делу о растратах бюджетных средств в особо крупном размере, проходят без журналистов. При этом, согласно закону РК «О доступе к информации», данные о контроле за расходованием средств из республиканского и местного бюджетов, не подлежат ограничению.

Об Акбаевой

Айжан Акбаева, бывшая сотрудница «Астана LRT». По ее словам, ранее состояла в отношениях с находящимся в розыске экс — руководителем Талгатом Арданом.

В отношении Акбаевой было заведено уголовное дело, которое на данный момент прекращено. Несмотря на то, что она вину не отрицала, факт пособничества и передачи откатов подтвердила. В чем раскаялась и якобы по рекомендации Сванбаева, родственника Талгата Ардана, вернула государству 15 млн тенге.

Часть 1. Вопросы от прокурора

По словам Айжан Акбаевой, она начала карьеру в «Астана LRT» в 2011 году специалистом по кадрам. В 2013 году ее повысили до должности начальника отдела кадров. Причем, с просьбой устроить ее на работу в эту компанию она обратилась к Ардану. В ее обязанности входила административно-кадровая работа, прием и увольнение персонала, а с 2012 года она же контролировала работу переводчиков, работавших с консорциумами, в которые входили иностранные компании (Systra и Tipsa).

«В 2012 году остро встал вопрос о переводчиках. Финансовый  отдел написал служебную записку, и было принято решение нанять переводческую компанию. Пригласили компанию Самата Сванбаева. Ардан нас познакомил, сказал, что он будет заниматься переводами, имеет опыт работы. Затем был тендер, работал отдел госзакупок, юристы. Начался прием переводчиков. Они не выдерживали графика, были некомпетентны».

Во время суда показания дали сотрудники целого отдела переводческой компании. По их словам, Айжан Акбаева курировала процесс работы, в том числе выдачу денег, выполнение заданий. При этом, сумма зарплат по ведомостям значительно превышала оклад.

Акбаева о показаниях сотрудников переводческой компании не знала.

Во время заседаний также был опрошен и Самат Сванбаев, родственник Талгата Ардана, по рекомендации которого Акбаева возместила государству 15 млн тенге. По словам Сванбаева, работу в «Астана LRT» он получил не прибегая к блату и с Талгатом Арданом близко не общался.

С целью передачи полной и достоверной информации далее приводим текст допроса Айжан Акбаевой.

Прокурор задал ряд вопросов, касаемых роли Сванбаева.  

Как платили заработную плату? – продолжил прокурор.

– Сам Сванбаев, – твердо ответила Акбаева.

У Сванбаева было одно ТОО или несколько? Какие услуги? С кем заключались договоры? – продолжил допрос прокурор.

– У него было два ТОО вроде. Переводили для «Нур Трейда», MG Рro, Systra и Tipsa. Также оказывал клининговые услуги. Иные услуги не предоставлял.

Что можете сказать по клинингу?

– Уборка зданий. Не знаю, с кем заключал договор, то ли с «Астана LRT», то ли…

Контролировали организацию их работы? Что они должны были делать в рамках клининга?

– Мы контролировали работу.

Что можете пояснить касательно проплат между ИП «Сат Сауат», клинингом? Кто приходил оплачивать? Как? Где?

– Наверное, ему лично проплачивали. Или компании.

Процентная ставка? Когда разговор об этом зашел впервые? Кто инициатор? – перешел к стадии острых вопросов прокурор.

– Ардан сказал не сразу, через время, что 40% будут возвращаться. Я поздно узнала об этом, – ответила Акбаева.

Где и когда состоялся разговор? Кто был свидетелем? – продолжил обвинитель.

– Мы разговаривали одни в его кабинете.

Кто донес этот разговор до Сванбаева? В связи с чем он приходил? Приходил ли вообще? Вы передавали требование Ардана?

– Нет… не могу точно сказать, наверное, руководитель ему сказал, – ответила Акбаева.

Когда начал производить оплату Сванбаев? От какой суммы? По какому договору? – продолжал прокурор.

– Я в финансовые вопросы Сванбаева и заказчиков не вникала. Он приносил мне определенную сумму, я не считала. Ардан сказал, что одни буду приносить, другие забирать. Я не открывала, какие суммы были, не знаю.

– Каким образом оставлял? В чем? Когда? Кто приходил и кто забирал? ФИО? – настаивал прокурор.

– В конце каждого месяца Сванбаев приносил либо в конверте, либо в завернутой бумаге, либо в пакетиках. В тот же день приходил Ачилов и забирал, – ответила Акбаева, указывая не директора компании «Нур-Трейд», работавшей в консорциуме с французской компанией Systra.

Далее она рассказала прокурору, что несколько раз Сванбаев просил ее передать зарплату переводчикам, но в основном выплачивал лично.

Как велся учет, кто получил/не получил зарплату? Ведомость, журнал? – спросил прокурор.

– Я не вела, не знаю. Он просто оставлял сумму и говорил, чтобы люди забрали и расписались, а утром он придет за ведомостью или, как там, накладными. Маленькие бумажки в виде квитанций. Это было несколько раз, – ответила она

Что за бумажки? Как назывались? Индивидуально расписывались?

– Накладные, наверное? – неуверенно ответила свидетель.

Кто вам их оставлял? Или вы сами распечатывали? Кто разработал форму? – продолжал прокурор.

– Приносил Сванбаев и говорил, чтобы расписались.

Вы не сказали, какие ТОО представлял Сванбаев. Меня интересуют «Сат Клининг», «Сат Сауат», ИП «Сванбаев», «Сат Бирлик», – отметил прокурор.

– Я знаю, что у него были «Сат Сауат» и клининг. Названий я не знала. Мы называли всех «Сауатом».

Сванбаев постоянно приносил или от его имени мог кто-то иной?

– Только сам, – четко ответила женщина.

В какой период он приносил?

– Наверное, с 2012 по 2017 год.

Это была фиксированная сумма? Как определялась?

– Не знаю, не лезла.

Допрос свидетельницы. Вопросы адвокатов

Адвокату Жаншуаковой, представителю защиты Ачиловой, Акбаева пояснила, что в личной беседе узнала о откате для Ардана в размере 40%. Зачем передавались деньги она не знает.

Между Сванбаевым и Ачиловым был договор, тогда зачем им посредник в виде вас? Почему напрямую друг другу не передавали? – спросила Жаншуакова.

– Не знаю, это сказал Ардан. Я не спрашивала, – ответила свидетель.

Вы знаете, какая сумма была передана за весь период времени?

– Нет.

Вы сказали, что в период с 2012 по 2017-й, верно? – уточнила Жаншуакова.

– Если переводы осуществлялись по сей год, то да, – сказала Акбаева.

И все это время Ачилов забирал у вас деньги?

– Да.

Далее адвокат отметила, что в суде переводчики заявили о получении зарплаты именно у Акбаевой.

Все они говорят, что зарплату каждый месяц получали у вас. Вы курировали и переводчиков, и клининг, и столовую – все принадлежало вам, – сообщила адвокат Акбаевой.

– Неправда. Когда я проводила собеседования и принимала на работу, конечно, наверное, сложилось такое ощущение, что все мы решали. Так как я работала в отделе кадров, конечно, мы работали с переводчиками, секретарями, канцелярией, уборку тоже контролировали, – попыталась объяснить Акбаева.

Говорилось, что вы и трудовой договор с ними подписывали, и зарплату назначали и выдавали, – добавила Жаншуакова.

– Неправда. По зарплате пояснила. Я проводила собеседования. В работу между Сванбаевым и переводчиками никогда не лезла. Если бы это не было интересно Ачилову, тогда почему он не взял переводчиков в штат и почему они не работали напрямую с переводчиками? Если эта схема работы не устраивала Ачилова и других людей, почему они не возмущались?

То есть им была интересна эта схема работы. Черную работу выполняли мы, контактировали с переводчиками, теперь виноваты. Мы курировали с утра до ночи. Все переведенные документы сохраняли и фиксировали. Это схема была выгодна либо Ачилову, либо кому-то другому. Не я это придумала, – быстро говорила свидетель.

В чем заключалась выгода Ачилова, по вашему мнению? – спросила адвокат.

– Был возврат какой-то суммы. Почему тогда этих переводчиков не взяли в штат Ачилов и «MG Pro» (казахстанская компания, работавшая в консорциуме с иностранной компанией Tipsa)? Тогда и суммы гораздо меньше были бы, и затрат не было бы, – ответила Акбаева.

Право допроса перешло к адвокату Ильясовой. Она уточнила, кто именно из переводчиков давал показания, что получал зарплату у Акбаевой, а не у Сванбаева. Это пять человек, допрошенных в суде.

– Почему они так говорят? – уточнила адвокат.

– Я не могу сказать. Это было несколько раз, я говорила, –ответила Акбаева.

– А они утверждают, что это было постоянно.

–  Не постоянно, а когда Сванбаев просил.

– Таких показаний не было. Что можете сказать по акту принятых работ услуг между Сванбаевым и другими? Он же не только с «Нур Трейдом», но и с другими подписывал договоры.

– Не имею отношения.

– Какие суммы были, вы не знаете?

– Нет.

Свидетель Акбаева настаивала на том, что не знает, как оплачивалась работа переводчиков.

Далее адвокатом Абишевым были зачитаны материалы дела.

– Том 133-й, лист дела 79-83. Вы на допросе говорите, что в какой-то период выдавали зарплату переводчикам, сумма составляла от 150 тысяч до 340 тысяч, переводчики расписывались в ведомостях. Но сейчас утверждаете, что никакие ведомости не составлялись и вы никогда выдавали зарплату, суммы не знаете. Объясните? – задал вопрос Абишев.

– Суммы зарплат я узнавала от Сванбаева. Он оставлял мне подсчитанную сумму, – ответила Акбаева.

Конкретный вопрос: где ваша правда –  в ходе досудебного расследования или в суде?

– Под ведомостью я имела в виду накладные. Что мне оставлял Сванбаев, то и передавала.

Вы конкретно говорили, что переводчики расписывались в ведомостях зарплат, поэтому спрашиваю. Сейчас вы говорите, что не знаете, – настаивал на правдивом ответе адвокат Абишев.

– Я ведомость не составляла. Переводчики расписывались в накладных, – повторила свидетельница.

Обращаю внимание: обвиняла Ачилова и Абдыхамитова для того, чтобы было прекращено уголовное дело, и выступала в качестве свидетеля. Если бы гособвинитель правильно допрашивал человека… ее показания разнятся. Вопросов нет, – подытожил Абишев.

Право допроса перешло к адвокату Хамиде Айткалиевой.

Она выяснила, что с 2012 года Акбаева подписывала акты выполненных работ по сделанным переводам Сванбаевым для ТОО «Астана LRT». Но только в 2012 году, как уверяла свидетель. Далее, по словам Акбаевой, она работала со Сванбаевым, все акты подписывал он. Ее же задача состояла только в сборе и раздаче переводов.

– Том 106-й, листы дела 94, 98, 102, 106, 112, 116, 121 и т.д., есть акты выполненных работ, подписанных вами, касательно переводов. Как вы можете объяснить? – зачитала Акбаевой адвокат.

– Какой год? – переспросила Акбаева

– Вот 2014-й, разные года, – ответила Айткалиева.

– С «Астана LRT»? – как будто не верила услышанному свидетель.

– Да, – ответила ей адвокат.

– Я не подписывала, акты приносились готовые и передавались Сванбаевым.

Кайнеденова – ваша старая фамилия? – продолжила адвокат Айткалиева.

– Да, – подтвердила Акбаева.

Кайнеденова в лице заказчика подписывала документы. Например, на 818 тысяч тенге и т.д., – привела пример Айткалиева.

–Не может такого быть. Я подписывала документы только с «Астана LRT», – продолжала отрицать свидетель.

(…)

Учитывая, что Ардан разрешил вам забирать 40%, скажите, может ли кто-то, кроме вас и Ардана, подтвердить ваши слова о том, что вы передавали 40%  Ачилову? – начала давить на свидетеля адвокат Айткалиева.

– Это происходило наедине с Ачиловым. Один раз видел Сванбаев, больше никто.

Только те люди, с которыми вы находились в близких отношениях, больше никто?

– Да.

Далее право задавать вопросы свидетелю перешло к подсудимому Улугбек Ачилов (директор ТОО «Нур Трейд»). Он работал в консорциуме с иностранцами, помогал адаптировать европейские стандарты под казахстанские реалии.

Ачилову предъявили обвинения по статьям УК РК:

262-я, часть 3 «Создание и руководство организованной группой, преступной организацией, а равно участие в них, совершенные лицом с использованием своего служебного положения»;

28-я, часть 5 «Пособничество»;

176-я, часть 4, пункты а) и б) «Присвоение или растрата вверенного чужого имущества, совершенные организованной группой в особо крупном размере».

В ходе этой части допроса выяснилось, что Акбаева не знала, какими внутренними документами подтверждалась выдача зарплаты, какие формы бухгалтерской отчетности использовал Сванбаев и как назывались документы, которые выдавались ею для подписания переводчикам. При этом, по словам свидетеля, документ на каждого человека был индивидуальный.

Они выглядели как официальные документы, распечатанные из какой-то программы или набранные в Word? – спросил Ачилов.

– Не знаю, – ответила Акбаева.

Антикор нанял аудиторскую компанию «Центр аудит». Она составила отчет по результатам документальной проверки от 5 декабря 2019 года. Здесь есть все распечатанные платежи от ТОО «Нур Трейд», которые приходили в компанию Сванбаева, и как дальше эта сумма распределялась. Ранее он говорил, что 40% обналичивал, 60% оставлял. На самом деле, согласно отчету, он все 100% снимал в тот же день. Так какую сумму он вам приносил?

– Я не знаю. Не считала. Вы забирали.

По словам Акбаевой, что конкурс проводила не она, а госзакупщики. При этом, договор на оказание переводческих услуг со Сванбаевым был заключен без проведения тендера.

Техспецификацию кто подписал? Там стоит ваша подпись, – обратился к ней Ачилов.

– Возможно. Но я не проводила тендер, – ответила женщина.

Вы и техспецификацию подписывали, и стоимость указывали, верно? – спросил подсудимый.

– Разве там указывается сумма? – ответила вопросом на вопрос Акбаева.

– Да.

– Я же не одна подписывала, не помню, – сообщила свидетель.

Тем не менее, это была справедливая рыночная стоимость? – задал очередной вопрос Ачилов.

– Наверное.

– Какая сумма была указана в договоре между Сванбаевым и ТОО «Нур Трейд»? Единичная расценка какова была? Аналогичная вашему тендеру или ниже?

– Не знаю.

Вторая часть допроса о том, когда Акбаева в последний раз видела Ардана и как ей удалось избежать уголовного преследования, будет размещена после.

Напомним, Талгат Ардан, бывший руководитель ТОО «Астана LRT», был уволен с должности в 2017 году. В отношении него следствием возбуждено уголовное дело. Спустя два года, в июле 2019 года объявлен в международный розыск. Оказалось, что все это время его не могли найти только следователи. При этом его юрист (ранее давала показания) и Акбаева встречались с ним в Турции.

Поделиться: