Первое откровенное интервью Жандарбека Бекшина в качестве руководителя департамента контроля качества и безопасности товаров и услуг Алматы, специально для ORDA.

За год Жандарбек Бекшин успел сменить три должности. 20 марта его уволили с поста главного санврача страны, который он занимал с 2017 года, и понизили до вице-председателя комитета контроля качества и безопасности услуг республики – заместителя главного санитарного врача. А 18 апреля отправили в Алматы возглавлять городской департамент.

СТАТУС БЫЛ, А ВОЗМОЖНОСТЕЙ – НЕТ!

Ваше назначение в Алматы – это понижение? Как вы расцениваете свой переезд из столицы?

«С той должности нельзя было написать ни в канцелярию премьер-министра, ни тем более в аппарат. Только министр или в крайнем случае вице-министр должен писать в администрацию президента или в аппарат совета безопасности. И вроде бы статус был, а возможности нижайшие. И в той мере раздробленности службы было очень сложно работать. Конечно, здесь больше полномочий. Ты решаешь на территории. Это законодательно данная функция. Больше пользы приносишь. Конкретно знаешь горизонты своей работы от сих до сих. А в предыдущих условиях я всегда говорил, нет горизонтов работы».

Вам здесь интереснее?

«Да, здесь большой круг общения: и с больными, и с предпринимателями, и с врачами. Больше общаешься. А в общении познается истина. Говорят же, работу нужно менять каждые семь лет, потому что все меняется: социальные, экономические условия».

Жандарбек Мухтарович, вы считаете свою должность политической?

«Больше медицинская, конечно, потому что в приоритете всегда здоровье населения, человека, а потом уже экономика, политика. Вот сейчас все направлено на то, чтобы приостановить распространение инфекции, открытие дополнительных дежурных групп».

Жандарбек Бекшин: На хайп не отвечаю
Главный санврач Алматы Жандарбек Бекшин

В ТРЕТЬЕЙ ЧЕТВЕРТИ ШКОЛЬНИКИ УЧИТЬСЯ ОФФЛАЙН НЕ БУДУТ. ДЕЖУРНЫЕ ГРУППЫ ЗАКРЫТЬ!

«У нас 165 случаев уже среди школьников. Начали болеть дети. Вот представьте, они сейчас все на онлайн обучении. Из 165 заболевших детей 9 были на оффлайн. А если бы все они учились в школах. 165 умножьте на детей в классе. В среднем на 30-40. Это пять тысяч детей бы заболело. Я только по школе говорю. И мы имели бы 165 закрытых классов. Возмущаться можно для пиара, для хайпа. Но если мы будем слушать всех хейтеров, то грош нам цена. Для чего работаем? Мы-то делаем все на основе наших знаний. В свое время шесть лет учились. Это сейчас на эпидемиологов учатся четыре года. А так мы, конечно, должны не только знания использовать, но и научные данные. Эпидемиология – раздел медицины, который работает на стыке практики и науки. И эпидемиологи – это те же исследователи, которые расследуют заболевания, сначала индивидуальные. Все это агрегируется, выявляются основные источники, факторы и причинно-следственные связи. И на основании всего этого мы сейчас определяем, какой контингент болеет, места заражения. Только потом принимаем управленческие решения. Здесь никакой политики нет».

«По поводу школы не знаю. Все будет зависеть от ситуации. Инфекция же волнообразная. В третьей четверти еще не пойдут в школу. Корпоративы тоже запретили».

Постановление о наблюдении за бессимптомными больными и лечении легкой формы в стационаре вызвало негодование. У нас так много свободных коек?

«В 36% случаев больные называли местом заражения общественные места. ТРЦ, рынки, рестораны, ночные клубы. Исходя из этого, мы делаем выводы. И наиболее достоверно, когда мы исследуем контакты. На сегодня опять же 36% пациентов заражаются там, где на домашнем лечении находятся больные. Это методом опроса заболевших. Но это относительно. Когда мы выдергиваем больных из домашних стационаров, из домашних очагов, все становится понятно. И легкие формы и бессимптомные мы сейчас не госпитализируем. А это является одним из серьезных очагов заражения. Лучше их изолировать. Благо, что городские власти достаточно зарезервировали коечной мощности. Мы можем их изолировать, чтобы они не заражали всех, кто дома с ними находится. Кто-то из контактных, которые должны сидеть дома, покидает помещение, опять заражает, к ним кто-то приходит, навещает. Таких случаев 36%. Или кто-то заразится в больницах. Вот допустим. Больной находится дома 14 дней. На третий день мы исследуем контактных. И методом ПЦР выявляем у них вирус. Затем принимаем меры по их изоляции».

Жандарбек Бекшин: На хайп не отвечаю
Жандарбек Бекшин и журналист ORDA. Наргиз Северная

«Самое опасное для нас — это пациенты с легкой формой. Опасными являются и лица с бессимптомной формой. Больного не видно. Он ходит, заражает, сеет вирус активно».

«Вот так мы выявляем заболевших. В принципе, есть китайский, европейский методы. Оставляли больных дома, потому что система здравоохранения оказалась неготовой, от безысходности. А всем на самом деле понятно, какой формат работы эффективнее: китайский или европейский. Все понимают, где более эффективно сработала медицина».

Вы сами переболели. В тяжелой форме?

«Трудно сказать. Четыре дня левая рука на системе, правая – на телефоне, потому что два моих заместителя лежали в больнице. Некому было управлять. Я, к сожалению, не лежал в больнице, а надо было. Мы не задумываемся о последствиях. Надо думать: заболевание-то новое. Года еще нет. У нас первый случай был зарегистрирован 13 марта. Сейчас трудно. Вот когда пройдет два-три года, тогда можно оценить и отдаленные последствия».

МНЕ ПРИДЕТСЯ ПРИВИТЬСЯ!

Вы будете прививаться?

«Прививаться? Во-первых, я переболел. Но, все зависит от того, когда мы получим вакцину. Если отдаленно, то, конечно, мне придется прививаться. Мы же не знаем, насколько сработает иммунитет. Поэтому я, конечно, за то, чтобы прививаться любой вакциной, которая первая появится, потому что Казахстан никогда не закупит опасную вакцину. Первым делом определяется безопасность вакцины. А уже на третьей фазе ее эффективность. Мы знаем, что все вакцины безопасны. В том числе и российская, и казахстанская, которая завершает вторую фазу. Все они безопасны. А уже эффективность – это второе. В любом случае вакцинация не повредит. От нее только польза! По поводу умерших после прививки. Ну, это надо разобраться. Это профессор Интернет пишет. Четверо плацебо, двое вакцинированы. Я поверю прессе, когда прочту в аккредитованном издании типа «Ланцет». А в интернете много хайперов. Я читаю новости, но все нужно проверять».

ЕЩЕ ГОД ПОТЕРПЕТЬ!

Как вы думаете, когда это закончится?

«Закончится, когда мы начнем вакцинироваться. Это самый благоприятный вариант. И пессимистичный, когда все переболеют. Но придет время, мы начнем вакцинироваться. Отечественная вакцина сейчас форсируется. Идет быстрыми темпами ее разработка и передача в промышленное производство. Ну, год придется еще нам потерпеть. Мы же не в вакууме. Россия сейчас вакцинируется. Мы будем в безопасности. Европа вакцинируется. Нам легче будет разобраться внутри страны. Отечественная вакцина подойдет, российская Спутник V. Здесь будет сложнее, потому что взрослые болеют. Вакцинация – самое эффективное средство из имеющихся. Сначала оно поможет нам остановить, а потом прекратить распространение».

А как быть с мутацией вируса?

«Здесь не надо изобретать велосипед. Задача эпиднадзора –выявлять вовремя появление мутированных штаммов. Для этого есть формы надзора, специальные приборы, есть ученые. Сам вирус ковида крупнее, чем гриппозный, поэтому в клетке не помещается столько, сколько при гриппе. Вариации передачи, обмена намного меньше и мутации пока незначительные. Кто-то говорит о наличии семи штаммов, кто-то о тридцати. Но задача состоит в том, чтобы платформа была узнаваемой. Я думаю, вирус ковида менее изменчив, чем штамм гриппа А».

МЕНЯ ЗАКАЗАЛИ КОНКУРЕНТЫ!

Что за скандал был с вашим разрешением на проведение мероприятия в отеле Ритц Карлтон?

«Такие же, как и вы, блогеры раскручивают эту тему. Что они хотели? Там на первом этаже проводили вместе с москвичами штабы. Там конференц-зал по типу шкаф-купе. И они попросили провести чествование спортсменов. При этом внедрили самые новейшие методы защиты клиентов. Рецеркуляторы, озоновые пушки, увеличили кондиционирование, поставили бактерицидные лампы. Когда все это сделали, они провели исследование. И воздух оказался чище, чем в медицинских учреждениях. И мы дали разовое разрешение. Но слово «разовое» мы упустили из-за нервотрепки. И даже нет рапорта о том, что проводили свадьбу на 150 человек. Но, якобы, проводили и показали это разрешение. Я даже не знал, что на 28 этаже есть такой зал. Часть нашего коллектива болела, часть была в отпусках. Естественно, это сказалось. И одно слово забыли, а журналисты, мне показалось, готовили заказной материал. Не люблю, когда работают на имидж хайперов. Заметил, что журналисты так и ждут, что я в полемику вступлю и буду раскручивать их чаты, блоги. Люди поняли, что это была целенаправленная акция. У меня времени не было отбиваться от репортеров. И я не имею столько денег, чтобы заказывать журналистов и блогеров».

А кому это надо, конкурентам? Ваша должность завидная, у вас есть конкуренты?

«Не знаю, вам со стороны виднее».

Эксклюзивный материал защищен авторским правом. Полное копирование запрещено. Перепечатка частично разрешена с указанием автора статьи и ссылкой на оригинальный материал.