Обозреватель ORDA. Олег Червинский, задался одним из главных вопросов 2021 года: что будет с ценами на нефть?

«У меня нет ответа на него. А если у кого-то есть, не верьте ему», — говорит автор.

Год от года в ценах все меньше реального баланса спроса и предложения, все больше политики и биржевых спекуляций. Да и со спросом пока не до конца все понятно: если антиковидные вакцины докажут свою эффективность, пандемия пойдет на спад, значит, начнут летать самолеты, ездить автобусы между городами и странами, откроются границы и экономики. Которым нужно будет больше энергоресурсов.

Если же выяснится, как в той популярной шутке, что 2020 год был первым годом карантина, то малейшее увеличение выброса на рынки нефти, например, в случае снятия международных санкций с Ирана, способно вновь отправить цены вниз.

Поэтому лучше привыкать к новой реальности: что в ближайший год нефти по 100 не будет, а цены будут балансировать выше-ниже цифры в 50 долларов за баррель.

В 2021 году добыча в стране практически не вырастет, так как Казахстан будет придерживаться ограничений, взятых на себя в рамках сделки ОПЕК+. Министерство энергетики прогнозирует добычу в объеме около 86 миллионов тонн, по итогам 2020 года, как ожидается, будет добыто 85-85,6 миллионов тонн. Что само по себе достаточно серьезное снижение, если учесть, что так называемый «докоронавирусный план» на 2020 год составлял 90 миллионов тонн нефти. Причем сокращать объемы будут не только подразделения нацкомпании «КазМунайГаз», но и мега-проекты с участием иностранных инвесторов, которые откликнулись на просьбу правительства поддержать отечественных нефтяников в выполнении сделки ОПЕК+.

Сокращение добычи на крупных проектах решено совместить с ремонтными работами, которые положено регулярно проводить по регламенту. По информации Минэнерго:

  • на месторождении Тенгиз ремонтные работы будут идти дольше всего, в течение 45 дней: с 1 августа по 15 сентября 2021 года.
  • на Кашагане плановые ремонтные работы проведут с 15 по 27 января
  • на Карачаганаке – с 19 по 21 апреля. При том, что на Карачаганаке совсем недавно, осенью 2020 года прошел масштабный капремонт.

В 2021 году в отрасли продолжится реализация нескольких крупных инвестиционных проектов. Так, на финишную прямую вышел Проект расширения Тенгиза. 28 октября «Тенгизшевройл» официально объявил о завершении трехлетней программы морских перевозок, в ходе которой на месторождение было доставлено 408 модулей для нового завода. Теперь предстоит их полная сборка и пуско-наладка.

На Карачаганаке начнется реализация санкционированного в середине декабря Проекта расширения Карачаганака-1А, предусматривающего строительство 5-го компрессора обратной закачки газа и других сопутствующих объектов с объемом инвестиций около 1 млрд долларов США. Это позволит еще долгие годы поддерживать уровень добычи на месторождении в объеме 10-11 миллионов тонн нефти и газоконденсата в год.

На Кашагане весь год будут продолжаться проектные работы по переходу к следующему этапу освоения, что позволит нарастить добычу нефти к 2030 году.

Министерство энергетики в 2021 году должно подыскать новых инвесторов в два важных для страны проекта. Первый – освоение месторождений Каламкас-море и Хазар в казахстанском секторе Каспийского моря, после того как акционеры Северо-Каспийского консорциума отказались от его реализации и вернули контрактную территорию Казахстану. Позже аналогично поступил концерн «Шелл» с еще одним шельфовым проектом – «Жемчужины». С шельфом ситуация выглядит достаточно оптимистично: как говорят источники в «КазМунайГазе», уже несколько компаний выразили готовность стать партнерами нацкомпании по этим проектам.

А вот с поиском нового инвестора, готового профинансировать строительство газохимического комплекса в Атырауской области, придется помучиться. Многострадальный проект реализуется уже 13-й год, и с него ушли поочередно два инвестора, последний – австрийский концерн Borealis – в мае 2020 года.

К новому партнеру, который должен принести в Казахстан 6,5 миллиардов долларов, требования у Минэнерго таковы: наличие лицензионной технологии, предоставление рынка сбыта (off-take контракт) и возможность организации финансирования. Найти такого, учитывая наличие под боком трех мощных конкурентов с развитой нефтегазохимией (Китай, Узбекистан и России), будет нелегко.

В 2021 году на страницах мировых средств массовой информации, без сомнений, будут мелькать несколько фамилий представителей казахстанской элиты.

Один из них – нынешний министр юстиции Марат Бекетаев, ведущий многолетнюю войну с молдавским инвестором, владельцем фирмы Tristan Oil Анатолом Стати. Как мы уже писали, в конце 2020 года выяснилось, что могущественным союзником Стати в судебных тяжбах является американский инвестиционный фонд Argentem Creek Partners, который финансировал проекты Стати в Казахстане. И претендует поэтому на 70% присужденной международным арбитражем компенсации от правительства Казахстана.

Боец серьезный, а значит, в 2021 году война вряд ли завершится убедительной победой любой из сторон.

Зато несложно предсказать вердикт Генеральной прокуратуры Казахстана, куда в декабре обратился с заявлением известный казахстанский бизнесмен Тимур Кулибаев. Он попросил высший надзорный орган страны провести проверку фактов, приведенных в английской газете Financial Times. Солидное издание незадолго до этого опубликовало статью, в которой утверждало, что член совета директоров «Газпрома» и зять экс-президента Казахстана Нурсултана Назарбаева Тимур Кулибаев получил доход в «по меньшей мере, десятки миллионов долларов» по схеме, связанной с поставками труб для строительства газопровода из Туркменистана в Китай через территорию Казахстана. Газета ссылается при этом на документы и электронные письма, полученные от неназванного осведомителя.

Так что в скором времени можно ожидать опровержения от генпрокуратуры, как это случилось в сентябре 2020 года, когда, проверив заявление мажилисмена Павла Казанцева, она ответила, что  «факты, указанные в публикациях, в том числе обстоятельства причастности Кулибаева Т.А. и других лиц к якобы незаконным операциям с казахстанской нефтью и отмыванию доходов, на основании заявлений ряда граждан были расследованы швейцарской прокуратурой в течение 2010-2013 годов. По результатам рассмотрения материалов расследование швейцарской прокуратуры было прекращено в связи с отсутствием оснований для уголовного преследования».

Впрочем, с учетом событий, скандалов и утечек в прессу, вал которых нарастает в последние месяцы, нет сомнений, что в 2021 году у мировых медиа появится в качестве героев публикаций еще много других известных нефтяников из Казахстана.