Спектакль «Орфей и Эвридика»: семь смертных грехов театра

Команда 2act давно иронизирует, называя себя театром, куда зрители приходят поплакать. Премьера – «Орфей и Эвридика» – исключением не стала, правда, в этот раз зрители страдали немного иначе.

В основу спектакля лёг практически не переработанный древнегреческий миф. Дриада Эвридика погибает от укуса змеи, и её возлюбленный Орфей отправляется в царство мёртвых, надеясь вернуть нимфу к жизни. Правда, в версии 2act о Древней Греции на сцене напоминала разве что асимметрично стоящая колонна.

Оно и понятно: постановка собрана из сочинений Жана Ануя, Овидия, Марины Цветаевой, стихов разных авторов о грехах и даже одноимённой оперы Кристофа Глюка. Помимо двух главных героев, в спектакле появляется ещё и третий – рассказчик и одновременно воплощение то ли Аида, то ли Танатоса.

Фото Дмитрия Поваляева

Мужской дуэт в лице сказителя Ивана Кривушина и музыканта Виталия Шенгиреева, всё время балансирующий на грани реальности и мистики, вышел удачным. Но всё-таки «Орфей и Эвридика» – это безусловный бенефис Юлии Шенгиреевой, которая за полтора часа выходит в образах сразу восьми разных нимф.

Чтобы вернуть свою любимую из царства мёртвых, Орфей спускается в ад и проходит все круги. Причём в каждом он встречает свою возлюбленную, подверженную одному из семи смертных грехов. То она готова растерзать за кусок хлеба и предстаёт воплощением ненасытности, то – гневной и по-звериному дикой, то – меланхоличной, унылой и не верящей в лучшее. Больше всего впечатляют круги зависти и похоти: в первом Эвридика появляется в свадебном платье, во втором – в белой ночнушке, полностью изуродованной чёрными следами мужских ладоней.

Фото Дмитрия Поваляева

В спектакле и без того много любопытных сценических решений. На живой и мёртвый мир сцену делит зеркальное покрытие пола, которое до определённого момента скрыто тканью. В разговоре о разных мирах зеркало – не самый редкий предмет, но здесь оно действительно работает.

А самое находчивое решение режиссёр Виталий Шенгиреев будто бы почерпнул из одного из своих предыдущих спектаклей – «ЧЯрли Гордан». Там вместо ручной мыши выступал солнечный зайчик. Здесь задача стояла сложнее: никто из участников спектакля не имеет музыкального образования и не умеет играть на инструментах. А как Орфей может быть немузыкальным? Выкрутились хитро и до невозможности красиво визуально. В качестве инструмента использовали луч света. Стоит Орфею растянуть в нём пальцы, и зритель видит несколько струн, на которых можно играть в любой последовательности.

Фото Дмитрия Поваляева

Пока что «Орфей и Эвридика» будто стоит особняком от остальных спектаклей 2act, которые обычно нажимали на очень конкретные и личные кнопки внутри каждого зрителя. Премьера выглядит более отстранённой, но при этом не менее изобретательной и визуально впечатляющей. Может, мы слишком далеко ушли от античного восприятия, а может, театр намеренно создал спектакль, который смотрится как сериал, где каждый круг ада – новая серия. Да и как-то не по себе становится, когда понимаешь, что за идеальным образом любимого человека придётся увидеть всех его демонов. И хотя сюжет мифа всем давно известен и не обещает необычной концовки, путешествие по аду всё равно получилось увлекательным.