Выборы, пусть и скучные, тоже важное событие. Но ни с чем не сравнить тот всплеск консолидировавшей власть и общество патриотической активности, который вызвали слова депутата российской Госдумы Вячеслава Никонова. Это стало самым ярким общественно-политическим явлением уходящего года, считает общественный деятель и публицист Петр Своик.

Казалось бы, и оставившие все на своих местах выборы прошли, и словесная атака «внука Молотова-Риббентропа» успешно отбита, зачем ворошить пройденное?

А что, если серия «подарки от русского народа» еще только начинается, а весь залп властной и общественной реакции на прозвучавшее в «Большой игре» ушел… мимо цели.

И даже не потому, что противник на войну не явился. Про ответ на ноту МИД мы не слышали, и вообще ни подтверждения, ни опровержения сказанного председателем думского комитета не последовало. Нет, тут все дело в том, что целью отпора прозвучавшему на российском телеканале могли быть только мы сами. Это у нас российское телевидение смотрят как свое, если при этом даже ругаются и возмущаются.

Мы же для соседнего информационного пространства и общественного восприятия – отрезанный ломоть. Вот уж где наша государственная независимость полностью состоялась, так это в восприятии российских элит и массового телезрителя.

Реакцию в Казахстане на слова о «подарках» в России отследили и учли кому положено, но достоянием СМИ она не стала. Организаторы политических ток-шоу пять лет почти ежедневно долбят Украину, в последние месяцы подключили Беларусь и, по понятным причинам, Армению с Азербайджаном, ту же Молдову. Везде, где неспокойно. А вот про Казахстан всегда было по формуле «хорошо или ничего» с упором на последнее. Поэтому главное, что случилось в «Большой игре», и на что все равно придется искать ответы, это вовсе не то, что было сказано. А то, почему подобное вообще могло прозвучать.

Та программа была посвящена Беловежскому соглашению, с подтекстом его, скажем так, сомнительности. Про Казахстан же, которого «не существовало», было сказано фактически походя, в перечислении частей распавшегося СССР. Ключевым же в таком контексте стало слово «подарки», потому что, если после 29 лет вам напоминают о подарке, понятно, что имеет в виду даритель. Это не обязательно желание вернуть назад подаренное, но, как минимум, выражение недовольства тем, как дареное используется.

Подарок ли это на самом деле? Нет, конечно. В истории никто никогда никому просто так ничего не дарил, а насчет кому что принадлежало и что кому должен – тут можно затеять бесконечный спор.

А можно самым убедительным образом разбить оппонента и доказать собственную правоту себе же самим. С чем мы успешно и справились.

Другое дело, заставить считаться со своими аргументами того, кто так тонко намекнул про «подарок». А для того, чтобы выработать и предъявить такие аргументы надо для начала, хотя бы, услышать и понять намерения другой стороны. Так вот, в «Большой игре» нам послан сигнал вовсе не о «не заселенном» Северном Казахстане (почему никакие отдельные территориальные приобретения России сейчас попросту не нужны, об этом стоит поговорить отдельно).

Главное, что мы должны были услышать, это накопившийся к Казахстану вопрос: с кем вы?

Напомним, когда Владимир Путин еще только возвращался во второй раз с должности премьера на пост президента, он опубликовал ряд программных статей, в центре которых была реинтеграция. Но тогда одно только появление Евразийского экономического союза породило такие геополитические – от Майдана, Крыма, ДНР с ЛНР, санкциями и контрэмбарго, обрушением мировых нефтяных цен и ответной девальвацией рубля, последствия которых потребовали для их преодоления несколько лет и всех сил. Плюс, сами же участники ЕАЭС продемонстрировали твердокаменное нежелание выходить за фактически только торговый формат интеграции, существовавший и до нее. И это тоже потребовало от России выработки иной, опирающейся не на форсирование, долговременной тактики.

Тем не менее, надо понимать, проблема 2024 года для нынешнего руководства Кремля, да и для всего будущего России – это не вопрос, кто станет следующим президентом, это вопрос – кто, как и когда осуществит новое «собирание земель».

А то, что именно сейчас, по ходу целой цепочки дестабилизаций по периметру постсоветского пространства, и на фоне необратимого уже раскола в самих США, приближается решительный переломный момент и в дальнейшей судьбе ЕАЭС – это факт.

Отсюда и тезис о «подарках», озвученный, между прочим, до Никанова самим президентом России. Ведущий же «Большой игры» всего лишь назвал вслух «одаренные» Советским Союзом государства.

И вот в чем руководство Казахстана и общественность не ошиблись, так это в оценке уровня сигнала – он пришел с самого верха.

Да, наш земляк Жириновский и раньше не раз выступал с еще более провокационными заявлениями, но его уровень, при всей высокой должности в Госдуме, это ток-шоу Соловьева. Что тоже есть отражение кремлевской политики, но со специальной прокладкой из эпатажа, ора и перебора. А вот статус Вячеслава Никонова – это не депутат и не председатель думского комитета, а даже не внук сталинского министра иностранных дел, он  – ведущий «Большой игры». Можно и без кавычек, потому что эта программа на российском телевидении играет ту же роль, что и передовица газеты «Правда» во времена наркома Молотова.

А потому даже как бы мимоходом сказанные слова свидетельствуют – в отношениях накопилось столько, что пора… предъявлять.

Попробуем перевести слова о «подарках» в то, что накапливалось прямо на наших глазах в поле публичных отношений.

Итак, что случилось сразу после назначения Касым-Жомарта Токаева на должность президента, еще до проведения легитимирующих выборов? Случился официальный визит в Москву, что в тех обстоятельствах как раз и означало – вопрос решен. Нурсултан Назарбаев, напомним, тоже в свое время получил мандат на власть в Казахстане от московского Политбюро. А что в ходе того легитимирующего визита, где каждое слово и действие имели значение, сказал президент России новому президенту Казахстана? Он предложил построить в Казахстане АЭС, а в таком контексте это предложение из тех, от которых нельзя отказаться. Во всяком случае, нельзя делать вид, будто не заметил и не придал значения. С того визита скоро будет два года, пора говорить «да» или обосновывать позицию «нет».

Молчание же, которое в данном случае воспринимается как знак несогласия, накладывает тень на отношения.

А еще, помнится, в мае прошлого года на онлайн-саммите высшего органа ЕАЭС президент Казахстана предложил не подписывать пока нуждающиеся, по его мнению, в доработке «Стратегические направления Евразийской интеграции до 2025 года». И это серьезный демарш, потому что встреча глав государств в эфире проводилась не для обсуждения, а как раз для финального утверждения уже проработанного на правительственных уровнях документа.

Еще, это недавнее голосование в ООН по ежегодно вносимой резолюции по Крыму: если в предыдущие годы Казахстан стандартно голосовал «против», то в этот раз занял позицию «воздержался» – тоже сигнал. Как сигналом является и намерение купить у США самолеты-разведчики.

Ну и как постоянный фон – переход с кириллицы на латиницу, демонстративно недружественный сигнал по отношению к России и к «русскому миру».

Можно повспоминать еще, но и этого достаточно. Здесь ведь главное то, что ответы на вопросы, нужна ли Казахстану атомная электростанция и латиница – они нужны не Москве, а нам самим.

Россия заходит на постсоветское пространство, всякий раз с пользой для себя, только в качестве миротворца, и не ранее того момента, когда только ее вмешательство предотвращает совсем уже плохие продолжения. А мы же, разумеется, не хотим, чтобы в нашем Северном Казахстане или на нефтяном Западе, или где-то еще дело дошло до необходимости внешнего вмешательства.

Вообще-то, маленькая победоносная война – это беспроигрышный рецепт для подъема духа и консолидации нации. Особенно если людей надо отвлечь от накопившихся проблем и вопросов к собственной власти.

И здесь Россия – прямо-таки великолепный противник, поскольку на серьезную войну она являться, точно, не собирается. Словесные же вбросы с той стороны, пусть они и усиливаются, мы всегда сможем разбить в пух и прах, разорвать в клочки и развеять по ветру.

Так дружный отпор высказываниям депутата Никонова можно сравнить с прохождением боевых частей, отправляющихся прямо на передовую и одновременно с парадом победы. Чеканным строем прошли дипломаты, политики и общественные деятели, генералы-пенсионеры КНБ, ведущие политологи. Продемонстрирован весь набор мер отражения, от объявления персонами нот-грата и до выхода из ОДКБ и ЕАЭС.

А ведь это, к месту напомнить, уже вторая за тот же 2020 год маленькая победоносная война, апеллирующая к духу нации. В феврале случились события на Кордае, тоже заставившие всех тревожно всмотреться в страну, в которой живем и в ждущее нас будущее. Тогда тоже потребовалось вмешательство на президентском уровне, с выездом на место. И резюме, судя по всему, тогда сказанному и написанному, примерно такое: сжигать и убивать нехорошо, и виновники будут наказаны. Но и дунгане, не желающие приобщаться к национальным ценностям, тоже не правы.

Удовлетворил тот результат нацию, консолидировал ли, успокоил и поднял ее дух? Вопрос остался более чем открытым, – почитайте, хотя бы, честные и смелые репортажи из Масанчи Гульнары Бажкеновой.

Нынешняя декабрьско-январская победоносная война сомнений оставляет поменьше, противник ведь не внутри, а снаружи.

Тем не менее, а всю ли нацию одинаково и на одной стороне сплотил ведущий «Большой игры», и какая, кстати сказать, в Казахстане нация?

Вопросы, повторю, к нам самим. Начиная с понимания того, а в чем реально состоит политика России относительно Казахстана и как она будет осуществляться в этом году, в следующем, через пять и через десять лет. Всерьез думать, что Москва планирует забрать Северный Казахстан, значит капитально не понимать сценариев и самой сути Большой игры, а, значит, готовиться к воображаемому и оставаться в постоянной неготовности к тому, что будет происходить на самом деле.

Нам самим нужен или не нужен Евразийский союз, выгоден или невыгоден? Посмотрите партийные избирательные программы, не найдете ни словечка на этот счет. А в таких целеполагающих документах, как Послание президента народу – много ли там про планы относительно ЕАЭС: расширение формата, сокращение или намертво на месте? Вопрос по существу судьбоносный, а вокруг него натуральное табу.

Нужна ли, нет, ни «Росатому», а именно Казахстану атомная энергетика? Проведи сейчас всенародный референдум на этот счет, явка будет много выше, чем на выборах, а партия «нет» соберет голосов больше, чем все прошедшие в парламент вместе. А если это плод добросовестного незнания реального положения дел в казахстанской энергетике, вкупе с сознательно насаждаемыми иллюзиями?

Нужна ли самой нации латиница, на соединение с какими другими дружескими нациями, культурами и мировоззрениями она выведет, и какая, еще раз повторим, в Казахстане нация?

Не находите, что хорошо бы нам самим ответить на все такие наши собственные вопросы, чему ведущий «Большой игры» очень даже поспособствовал.

И последний вопрос для серии «подарки от русского народа»: а как так получилось, что именно с начала президентского транзита Казахстан стал прямо одно за другим совершать действия, вызывающие все больше вопросов у нашего стратегического соседа и партнера? Это потому, что Касым-Жомарт Токаев не собирается скрывать своих национал-патриотических убеждений и ищет опоры именно у такой части общества? Или президенту, скажем так, помогают идти в эту сторону и, значит, вопрос наследования власти, оказывается, далеко еще не решен?

Хотите поговорить об этом?

Поделиться: