О ситуации с приостановкой конвейера первого отечественного автозавода «БИПЕК АВТО – АЗИЯ АВТО» в Усть-Каменогорске высказался экономист и политик Петр Своик.

По мнению эксперта, автомобилестроение практически единственное успешное направление программы Форсированного Индустриально-Инновационного Развития (ФИИР). Заводы, подобные Усть-Каменогорскому, – это серьезные производства.

«Ранее такое развитие автомобильной отрасли в нашей стране даже представить себе было невозможно. В этом году два из трех автомобилей производится в Казахстане. Это совершенно поразительный, труднообъяснимый прогресс, именно в автомобилестроении. Этому нужно только радоваться. Почему? Потому что это реальное производство.

По его мнению, Усть-Каменогорский завод является образцом, первым среди созданных в стране.

«Здесь и логистика по привозу, подача всех комплектующих, по их приемке, состыковке, сборка идет на конвейере. Это настоящий современный конвейер со всеми необходимыми функциями, включая подгонку, испытательный стенд, логистику по отправке. Серьезное производство, на несколько сот, тысяч человек, со всей социальной инфраструктурой. Усть-Каменогорский завод является образцом, в  том смысле, что он первый продемонстрировал такое эффективное производство в нашей стране.

Почему «БИПЭК» не несет ответственности перед государством? – Петр Своик

Политолог подчеркивает важный момент: отдельных, самостоятельных автозаводов нигде в мире уже нет, и любой конкурентоспособный на рынке автозавод – это часть какого-то крупного мирового концерна.

«Усть-Каменогорский автозавод появился в Казахстане не потому, что правительство страны приняло такое правильное решение и появился такой активный человек Анатолий Балушкин, который осуществил этот проект.  Конечно, и правительство, и Балушкин были необходимы. Но завод появился и стал работать, потому что вошел в прямой контакт с российским АВТО ВАЗом. А АВТО ВАЗ российский, внимание, – никакой не АВТО ВАЗ, который мы знаем со времен СССР, который был когда-то. Сейчас это часть международной корпорации Renault Group (Альянс Renault–Nissan–Mitsubishi)», – комментирует политолог.

АВТО ВАЗ часть альянса Renault–Nissan–Mitsubishi, а Усть-Каменогорский завод — часть этого концерна

Ко всем автозаводам Казахстана предъявляются требования по соблюдению международных стандартов.

«Все машиностроительные технологии, которые сейчас активно применяются и в Усть-Каменогосрке, и в Костанае, и сейчас в Алматы, – международного класса. И к ним предъявляются требования международного уровня. Сами же головные концерны строжайшим образом следят за тем, чтобы любой собираемый в Казахстане автомобиль соответствовал их требованиям международного качества. Иначе сотрудничества просто не получится».

Своик рассказал, как развивается отечественное (транснациональное) машиностроение мирового уровня ?

«Первым стартовал Усть-Каменогорск. Он добился серьезных успехов, обеспечил первое заполнение рынка.  История с Усть-Каменогорским автозаводом достаточно драматичная. Они первые подошли к необходимости строительства производственных мощностей второй очереди, с покраской, сборкой кузовов и с изготовлением других комплектующих. И тут почему-то дело застопорилось. Освободили площадку, подготовили ее, создали с нуля цикл, стали возводить колонны. Потом деньги закончились, все это остановилось. Соответственно, возникло некое непонимание, ссора по поводу строительства второй очереди».

Экономист задается вопросом, каким образом остановка строительства второй очереди повлияла на остановку основного производства.

«Отметим, остановка возведения новой очереди достаточно загадочным для нас образом перекинулась и на то, что остановилось давно налаженное и, в принципе, без особых проблем производство. Почему рабочие ходят на завод, чтобы играть в футбол, насколько это реальные трудности, связанные с конфликтом с правительством, или это все-таки некий способ демонстрации? Закрывать такой завод – большой грех. Вопрос в том, на ком этот грех лежит – на правительстве или на Балушкине».

«И конечно, надо продолжать строительство второй очереди. И изыскивать средства. Как бы затратно это ни было, казахстанское машиностроение обязано развиваться»

По мнению эксперта, машиностроение, – это демонстративно успешная отрасль, и во многом не только благодаря мощнейшей государственной поддержке, но и мощнейшей конкуренции различных мировых гигантов.

Политолог освещает истоки конфликта между группой компаний «БИПЕК АВТО – АЗИЯ Авто» и министерством индустрии.

«А как же так получилось, в чем истоки конфликта? Это примерно как в семье: нужен ли Усть-Каменогорский автозавод стране – да, безусловно, нужен ли Усть-Каменогорску партнер, покровитель, в лице правительства РК, – да, безусловно».

«Автомобилестроение не может развиваться без мощной государственной поддержки»

«Здесь и освобождение от НДС, и освобождение от пошлин, и знаменитый утильсбор, который все ругают, но тем не менее во многом благодаря ему машиностроение Казахстана демонстрирует столь очевидные успехи. И вот мы можем задать один из важных вопросов: а как так получилось, что правительство, взяв на себя обязательства от имени нас с вами, от имени налогоплательщиков, давать серьезные льготы по НДС, по таможенным пошлинам и утильсбору, не побеспокоилось об ответственности другой стороны».

«У правительства своих денег нет. У него все деньги, это наши с вами средства, деньги налогоплательщиков, это все оплачиваем мы»

Петр Своик считает, что должны быть механизмы государственного контроля.

«Почему у правительства с товарищем Балушкиным не оказалось взаимообязывающего контракта, это вопрос на засыпку»

«С кем правительство вступило в такие важные для всей страны и жителей города Усть-Каменогорска отношения? С частником. Это частник, это акционерное общество, в котором некоторые пакеты принадлежат товарищу Балушкину. Мы можем уверенно предположить, что каким-то еще и другим людям. И скорее всего мы даже их знаем. Наверняка, их фамилии многим известны. И вот эти частники почему-то не имеют никаких собственных обязательств перед правительством. Хотя разные слухи, что Балушкин вкладывал деньги в Россию, создавал там мощности и, дескать, живет в Сочи… Не знаю, так это или не так».

Однако, на прошедшей пресс-конференции руководитель группы компаний «БИПЕК АВТО — АЗИЯ АВТО» опроверг эти слухи. Он живет и находится в Усть-Каменогорске.

«Почему разрыв контракта из-за невыполнения обязательств не отразился на собственности товарища Балушкина, именно на производственной собственности? Почему бы с самого начала Мининдустрии, подписывая этот контракт, не сказать, «мы вам, уважаемый товарищ Балушкин и другим уважаемым акционерам верим абсолютно. Тем не менее, давайте в договоре напишем, что вдруг, если вы не исполняете ваши обязательства, по ним вы отвечаете вашими акционерными пакетами».

«Если я — государство, трачу государственные деньги на развитие вашего частного производства, то почему бы вам в залог не поставить ваши акционерные пакеты»

«И если вдруг государственные деньги потрачены без долгой отдачи, то я – государство, заберу у вас, хотя бы на время, ваши акционерные пакеты. Национализирую завод, сделаю его государственным, дострою, а потом посмотрю, вам его назад продать или, может быть, более успешному менеджменту. Наверное, это элементарные условия».

Политолог приводит ситуацию с кредитом в банке: когда на создание любого производства за счет заемных кредитных средств банку в залог оставляют квартиру, при невыплате которого заемщику придется расстаться с квартирой. И это нормальное явление.

«Почему группа компаний «БИПЕК АВТО — АЗИЯ АВТО» (подчеркиваем – группа частных компаний с частной акционерной собственностью никаким образом не несет ответственности своей частной акционерной собственностью за невыполнение обязательств перед государством?», – рассуждает Петр Своик.

Политолог интересуется, почему через годы государственной поддержки министерство индустрии разрывает договор.

«Почему Мининдустрии разорвало договор с заводом, то есть подставило само себе подножку? Выстрелило само себе в ногу? Много лет тратило бюджетные деньги на то, чтобы поощрять это развитие, а потом сказало: «Стоп, я все прекращаю». Что министерство оказалось бессильным и раньше не понимало, что происходит? Почему только сейчас вдруг стало рушить затеянное ранее?»

Экономист задается вопросом, затеяна ли вся эта ситуация для того, чтобы сменить владельца собственности, которая в любом случае остается частной.

«Странным образом речь о национализации несостоявшегося частного предприятия и о продолжении работы этого предприятия, под временным или постоянным государственным контролем, не стоит»

«В конце концов, если предприятие такого уровня не может обходиться без государственного протектората и государственной поддержки, то почему оно вообще до сих пор частное?»

Политолог выражает мнение о том, что «не нашли ничего лучшего, как взять и остановить само предприятие».

«Причем непонятно, кто больше виноват в устройстве производственного футбола на заводе? Само министерство, которое разорвало контракт или частные акционеры, которые никак не расстались со своими акциями, со своей частной собственностью, но играют в футбол с рабочими», – резюмирует Петр Своик.