Инвесторов отпугивают не степи, а суды и налоги — финансист о том, что мешает Казахстану привлекать деньги

Финансист Расул Рысмамбетов считает, что Казахстану мешают привлекать инвесторов непрозрачные судебные решения, непредсказуемые налоги и слабый комфорт для жизни в регионах, сообщает Orda.kz.

По словам Рысмамбетова, у Казахстана есть понятные точки роста: логистика, транзит, переработка и сельское хозяйство. Но одного потенциала мало. Инвестору важно понимать, по каким правилам он будет работать, как государство будет их применять и что произойдёт, если начнётся спор.

«Инвесторы часто переживают, что им нужны более прозрачные судебные решения, более предсказуемая налоговая политика, более предсказуемый инвестиционный климат», сказал финансист.

Ещё один фактор привлекательности для инвестиций — это комфорт для жизни. Эксперт объясняет, что бизнес может зарабатывать деньги в одном месте, но люди всё равно будут смотреть в сторону более комфортных условий.

«Все алмазы добываются в Анголе, но никто не хочет жить в Анголе. Дело вообще не в том, где деньги зарабатываются, а в том, где деньги тратятся. Потому что никто сейчас из Астаны не едет жить рядом с заводом Тенгизшевройла», отметил он.

Цифровизацию Рысмамбетов не считает отдельной точкой роста. По его мнению, это скорее сопутствующая индустрия, которая помогает другим секторам, но сама по себе не решает вопрос инвестиционной привлекательности.

Также финансист отметил проблему связи между центром и регионами. В Астане могут говорить о привлечении инвестиций и новых точках роста, но на местах, в регионах, у чиновников появляются свои приоритеты. Для бизнеса это создаёт неопределённость: инвестор не всегда понимает, как заявленные правила будут работать в конкретной области страны.

Ранее мы писали о привлечении инвестиций в нефтяную отрасль — Казахстан ведёт переговоры с ExxonMobil о разработке неосвоенной части Кашагана.

Читайте также:

• Квазигоссектору открыли новые кормушки — от агрокредитов до туризма
• Нефтяная компания Боранбаева вместо спорной схемы с частником перешла «КазМунайГазу»