Спектакль «Шие бағы»: крепки ли гробы из вишни?

Рача Махатаев – один из самых перспективных молодых режиссёров Казахстана – поставил свой первый спектакль в Алматы. Получилось тревожно и тесно – для малой сцены Казахского государственного академического театра для детей и юношества имени Мусрепова уж точно.

Бывший худрук Карагандинского государственного драматического театра имени Станиславского Рача Махатаев давно заслужил репутацию едва ли не самого нуарного современного режиссёра в стране. Образование, полученное в Санкт-Петербурге, даёт о себе знать – постановщик очень точно чувствует депрессивное настроение русской классики и так же его передает. Свежий спектакль «Шие бағы» яркое тому подтверждение.

Автор пьесы «Вишнёвый сад» Антон Чехов писал: «Вышла у меня не драма, а комедия, местами даже фарс». Махатаев этот фарс докручивает до абсолюта, по завету автора делая его трагичным. Он избавляется от половины второстепенных персонажей, ограничиваясь семью героями. А в качестве декораций использует голые саженцы и деревянные ящики, похожие на большие гробы. Видишь их и почему-то думаешь: когда начнут рубить сад, именно крышками этих «гробов» будут стучать, имитируя звук топоров. 

Анечка, Варя, Лопахин и Трофимов – все они ходят за Любовью Андреевной как призраки прошлого. Напоминают, что её время прошло: сын Гриша погиб, в Париже ждёт альфонс-любовник, а вишнёвый сад пора продавать.

Даже праздничное начало спектакля с застольем выглядит гнетуще. Особенно когда Лопахин в исполнении Алихана Карибаева взбирается на стол и вещает. К нему присоединяется Шарлотта Ивановна. Если у Чехова она просто провела детство в цирке, то в «Шие бағы» – настоящая циркачка: вызывающая, сексуальная, с кучей трюков. Она ходит по столу, крутя обручи и вытаскивая изо рта ленты.

Гротеск передаётся и другим персонажам, особенно Раневской – босой, в блестящем вечернем платье и белой шубе (считай – в белом пальто). В пьесе она сожалеет о гибели сына и в целом о ситуации с садом, в спектакле же у неё то и дело случаются помутнения рассудка, истерики, и Жанар Макашева в роли отчаявшейся женщины очень хороша.

Лишь иногда в спектакле проскальзывают намеки на просветление и ностальгию. Герои беззаботно играют в теннис на лужайке, но ощущение непоправимой трагедии преследует их и тут. В пронизывающей музыке, неестественных движениях актёров, длинных чувственных диалогах. Апогея эта тревожность достигает на аукционе: зал буквально содрогается от ударов молотка. Звук и вибрация настолько сильные, что зрители вжимаются в кресла. Кажется, продают не один сад, а целую страну – прямо как задумывалось у Чехова.

Несмотря на общую мрачность, «Шие бағы» смотрится на одном дыхании. Долгие статичные сцены сменяются вставками электронной музыки с резкими танцами, делая спектакль похожим на кардиограмму. Публика на премьере авторское прочтение классики приняла тепло, а вынести спектаклю свой вердикт можно будет 25 и 26 ноября.