Спектакль «Любовь женщины»: Зулейха открывает себя

Казахстанские театры продолжают открывать новые сезоны. Государственный корейский театр сделал это в 92-й раз – мистической драмой «Любовь женщины» по одноимённой пьесе Жумагуль Солтиевой, посвящённой 130-летию Магжана Жумабаева.

85 лет назад поэта расстреляли по подозрению во всём, что только можно было. Но стихи его до сих пор звучат – живо и актуально. Правда, они вряд ли дошли до нас, если бы не Зулейха – вторая жена Магжана. Она хранила все рукописи, даже когда это было опасно для жизни. И дождалась: Жумабаева оправдали, и его творчество стало достоянием народа.

Об этом зрителям напоминают многочисленные листы бумаги, разбросанные по сцене. По ним мечется Зулейха. Мало того, что мужа вновь вот-вот арестуют, так ни на кого нет надежды. Добродушный старичок, хозяин квартиры, оказывается стукачом, а появившаяся из ниоткуда юная девушка с поганым характером – её… прежней копией. 

Узнать Магжана Жумабаева в актёре Борисе Югае, блестяще исполняющем свою роль, довольно сложно. Нет ни знаменитой копны кудрей, ни измождённого пребыванием в СЛОНе образа.

Режиссёр Екатерина Пен свела все сценические решения к минимализму. За прозрачными занавесками периодически возникают пластические вставки с участием массовки, пока на сцене борются героини Натальи Ли и Дианы Кан. Переход между этими двумя мирами – панцирная кровать с длинным покрывалом, из-под которой периодически появляются и исчезают персонажи.

Несмотря на обилие хореографии, почти весь спектакль строится на мыслях, каково быть женой врага народа. Феминистская оптика в нём спокойная, но метания главной героини пробирают. И хоть жанр заявлен, как мистическая драма, если убрать юное альтер-эго Зулейхи, то это вполне исторический спектакль: вопреки романтическому названию, здесь и голод, и репрессии, и всепоглощающий страх, и несправедливость.