Смерть девочки в стоматологии: анестезиолог не признаёт вину 

Анестезиолог Аида Жумагалиева, которую судят за смерть трёхлетней девочки в клинике Dent Park Ortho, раскрыла в суде подробности экспертизы, в которой, по её мнению, выводы безосновательны, сообщает Orda.kz. 

Аида Жумагалиева заявила в суде, что не признаёт свою вину в гибели девочки после наркоза севораном в стоматологической клинике.

Анестезиолог рассказала о том трагическом дне. По её словам, она смотрела анализы ребёнка и беседовала с родителями. 

«Уже 30 октября (перед наркозом — прим. авт.) я спрашивала родителей, как ночь провели, была ли температура, голодная пауза, как ребёнок вёл себя накануне, активно ли играет, были ли признаки какой-то слабости. Мама сказала, что они недавно переболели ОРВИ, я ребёнка послушала. Внешне никаких признаков острого заболевания не было. Должен быть кашель, изменение голоса и слабость у ребёнка, это признаки острого заболевания и первичной интоксикации. У девочки ничего этого не было, она активно играла в игровой зоне. Мы в итоге приняли решение о наркозе, до введения наркоза ни разу ребёнок не кашлял. Мы благополучно ввели её в наркоз, и все четыре часа всё проходило стандартно, без отклонений», сказала подсудимая. 

Она подтвердила, что ребёнку действительно давали наркоз повторно из-за того, что при пробуждении у девочки началось сокращение жевательных мышц, и она прикусила язык.

«Сила жевательных мышц доходит до 100 кг при резком сокращении. Ребёнок проснулся, мышцы сжались, и между зубами застрял язык, кончик посинел. По видео видно, я анестезистке говорю: „Закусила язык“. И быстро прибавляю севоран, максимальную дозировку, то есть я прибавляю анестетик, чтобы расслабить мышцы и вправить язык. В противном случае она могла бы себе откусить кончик языка, и началось бы артериальное кровотечение, которое требует срочного хирургического вмешательства»,  объяснила Аида Жумагалиева.

Изменения в состоянии пациентки со стороны сердца начались, по словам анестезиолога, внезапно. На приборе врач увидела, что вместо равномерной волны сердцебиения стали появляться скачки — экстрасистолы (сокращения сердечной мышцы с нарушением ритма):

«Всё менялось за секунды, я увидела изменения пульсовой волны, она выровнялась, стала неяркой, амплитуда её снизилась резко. То есть сначала высокоамплитудные ясные тоны, потом она резко уменьшилась. Я прослушала фонендоскопом и тонов не услышала. То есть сердце к этому времени регулярно, эффективно не билось. Мы снова подключили все датчики».  

На мониторе частота пульса сначала была 190, затем резко подскочила до 300 в минуту, а это уже фибрилляция желудочков, когда сердце вместо нормальных сокращений начинает мелко вибрировать и перестает перекачивать кровь. Это состояние продлилось несколько секунд. 

«После этого наступила асистолия — сердце остановилось, потому что его проводящая система выжжена, уже всё повредилось. И восстановить работу сердца уже практически после фибрилляции невозможно. Когда я увидела фибрилляцию, я ассистентку попросила принести дефибриллятор. Но мы бы просто не успели его использовать, через пару секунд шансов на восстановление нормального сердечного ритма уже не было».

Такие резкие явления со стороны сердца ребёнка, по мнению врача, могли бы объяснить данные вскрытия. В заключении судмедэксперта указано, что вес сердца девочки составлял всего 53 грамма при норме у трёхлетнего ребёнка 80–100 граммов. Очень маленькими были и размеры сердца. К тому же в строении органа обнаружили патологические изменения. 

«Толщина стенки правого желудочка 0,3 см, а левого — 0,9 см. В норме разница между ними должна быть один к двум, а здесь — один к трём, то есть в данных экспертизы видно явное утолщение миокарда левого желудочка, сердце утолщает мышечную стенку из-за того, что необходимо компенсировать слабую работу всего органа. Это патологическое состояние — гипертрофия левого желудочка — развивается длительное время, как минимум полгода. Но ни один эксперт не обратил на это внимание, этот факт просто проигнорировали», рассказала анестезиолог.

Также в данных экспертизы нет информации о правом лёгком, хотя эксперты и указывают в качестве причины смерти гипоксию на фоне тяжёлой пневмонии. 

«Получается, что орган, который является причиной, они не описывают. Вес лёгкого не указан, правое лёгкое вообще проигнорировали, здесь скрыт какой-то факт. Может быть, правое было недоразвито или патологически изменено. Но мы не можем это ни подтвердить, ни опровергнуть, правое лёгкое просто скрыто».

По мнению анестезиолога, подобное отношение к судмедэкспертизе недопустимо, особенно с учётом того, что это исследование легло в основу обвинения. 

Анестезиолога судят за смерть трёхлетней девочки в клинике Dent Park Ortho. Маленькой пациентке 2021 года рождения сделали наркоз препаратом «Севоран» на четыре с половиной часа, чтобы пролечить 18 зубов. У ребёнка остановилось сердце во время пробуждения. Реанимация результатов не дала.

На предыдущем судебном заседании эксперты отметили, что у девочки в анализах была картина воспаления, и наркоз ребёнку в таком состоянии вообще давать было нельзя. 

Недавно министр здравоохранения Акмарал Альназарова в кулуарах мажилиса заявила, что проблем с применением севорана в детской стоматологии нет.

Читайте также: 

• Ребёнка в стоматологии могли убить повторный наркоз и неучтённые препараты — эксперт
• «Нельзя было давать наркоз» — педиатр о смерти трёхлетней девочки в стоматологии
• Девочка погибла в стоматологии — в Астане судят анестезиолога