Налоги, бензин, слабый тенге: из-за чего страдает промышленность Казахстана?

12 сентября 2025 18:37 Никита Дробны

Иллюстрация создана с помощью нейросети DALL-E

В казахстанской промышленности не всё ладно: в августе, по данным S&P, индекс деловой активности в этом секторе перешёл в область отрицательных значений. О том, что не так с производством в Казахстане и почему страна отстаёт от соседей, высказался зарубежный эксперт по Центральной Азии Стивен Блэнд, сообщает Orda.kz.

В своей статье для The Times of Central Asia Стивен Блэнд указывает, что индекс деловой активности в сфере производства с июня держится ниже отметки в 50 единиц — то есть фактически в отрицательной зоне (отметки ниже 50 означают спад, выше 50 — рост). Более того, этот показатель максимально упал с марта 2022 года.

«Резкий экономический спад последовал за успешным годом: в декабре 2024-го индекс деловой активности достиг рекордного уровня в 53,9 после 11 месяцев подъёма. За счёт восстановления после пандемии и господдержки объёмы промышленного производства выросли на 6,8 % в 2024-м — сильнее всего с 2011 года. Это помогло нарастить ВВП на 5 %», — отмечает Стивен Блэнд.

Но в 2025 году повторить успех не получилось, рост сменился падением. Так что же не так с промышленностью в Казахстане? Почему экономического чуда не получилось?

Как отмечает эксперт, в августе спрос на казахстанскую продукцию снизился как на внешних рынках, так и на внутреннем. Это произошло впервые за 19 месяцев. Из-за падения спроса предприятиям пришлось сокращать закупки сырья и рабочие места. А издержки при этом выросли — сказались такие факторы, как слабый курс тенге и рост цен на топливо. Импортировать оборудование и сырьё стало дороже, логистика усложнилась, и предприятия были вынуждены повышать цены на продукцию быстрее, чем рассчитывали.

А вдобавок над казахстанской промышленностью навис зловещий призрак высоких налогов. Хотя новый налоговый кодекс вступит в силу с 1 января, представители бизнеса уже сильно пали духом.

«Налоги и впрямь становятся бременем. В новом налоговом кодексе, принятом в середине 2025 года, предусмотрено повышение ставок роялти на добычу металлов — это удар по перерабатывающей металлургии. Годовая инфляция в августе 2025-го достигла 12,2 %. Нацбанк держит базовую ставку на высоком уровне в 16,5 % в попытке сдержать рост цен. Это усложняет бизнесу привлечение финансирования, приводя к падению маржинальности и снижению уверенности».Стивен Блэнд

Августовское исследование показало, что казахстанский бизнес сейчас проявляет наименьшую веру в своё будущее с 2021 года. Для этого есть все основания, отсутствие оптимизма вполне объяснимо.

Аналитик указывает, что у правительства есть перспективные новые проекты в индустриальной отрасли — например, строительство текстильного кластера на 200 млрд тенге в Туркестанской области с китайскими партнёрами. Лёгкая промышленность даже демонстрирует рост (наравне с производством химикатов и стройматериалов).

«В то же время многие компании, по-видимому, сберегают средства и настаивают на реформах — налоговых послаблениях или стимулировании экспорта. Правительство делает упор на макроэкономическую стабильность, вместе с тем продвигая проекты по диверсификации. Но эта балансирующая мера может не принести немедленного облегчения», — предупреждает Стивен Блэнд.

При этом соседи Казахстана не испытывают аналогичных проблем. Узбекистан рапортует о росте своей промышленности на 6,5 % за первый квартал 2025-го, а индекс деловой активности в стране подскочил на 15,9 % за июль и ещё на 2,9 % за август. В Кыргызстане индекс в промышленном секторе достиг отметки в 60,9. Всё это сильно контрастирует с ситуацией в Казахстане.

По словам Блэнда, причиной может быть то, что казахстанское производство в основном базируется на металлургии и тяжёлой промышленности. Это делает отрасль уязвимой к глобальным скачкам цен и повышению налогов. К тому же казахстанская экономика во многом полагается на сырьевую составляющую. У Узбекистана и Кыргызстана более разнообразная структура промышленности, что повышает устойчивость индустриальной сферы к внешним шокам.

По прогнозу МВФ, в 2025 году экономика Казахстана вырастет на 4,9 % — в том числе за счёт горнодобывающей и обрабатывающей промышленности. Правительство планирует в этом году запустить 190 новых производств на полтора триллиона тенге, создав тем самым 23 тыс. постоянных рабочих мест. Это может простимулировать отрасль и даже обратить вспять тренд на снижение деловой активности. Дополнительную поддержку промышленности Казахстана может оказать потенциальное укрепление курса тенге и восстановление спроса со стороны контрагентов из Китая и России. Тем не менее сохраняются существенные риски: высокая инфляция может ограничить приток инвестиций, а возможности для восстановления отрасли будут сильно зависеть от макроэкономических процессов.

«Сейчас августовская статистика по индексу деловой активности выглядит как тревожный звоночек. Сектор, который ещё несколько месяцев назад расширялся, попал под давление низкого спроса, растущих издержек и затруднённого финансирования. Дальнейший путь Казахстана будет зависеть от того, смогут ли политики восстановить стабильность, одновременно диверсифицируя отрасль и превращая долгосрочные планы по развитию промышленности в реальные производственные успехи», резюмирует Стивен Блэнд.

Стивен М. Блэнд — журналист и писатель, эксперт по Центральной Азии. Сотрудничал с BBC и телеканалом HBO. Автор популярной книги о путешествиях по странам региона.

Ранее аналитики Halyk Finance также обратили внимание, что сразу в двух ключевых отраслях — горнодобывающей и строительной — индекс деловой активности сильно просел. Статистика по производству противоречива, но в целом данные могут свидетельствовать о наличии системных экономических проблем.

Читайте также:

Лента новостей

все новости