Центральная Азия в ожидании – уж очень близко горячая точка на карте и соседи, которых весь мир называет непредсказуемыми. Что ждать от захвативших власть в Афганистане талибов?

Почему страну оставил явный противник «Движения Талибан» (запрещённая в РК террористическая организация) маршал Абдул-Рашид Дустум? И почему бежал президент Ашраф Гани. На эти и другие вопросы корреспонденту Orda.kz ответила военный журналист, эксперт по Ближнему Востоку Шахида Туляганова.

Она родилась и выросла в Узбекистане и уже больше 20 лет живёт в Великобритании. Работала военным корреспондентом на Палестинских территориях, в Афганистане, Восточной Украине, Сирии и Ливане. Буквально три недели назад она должна была вылететь на съёмки фильма в Мазари-Шариф, но афганские коллеги предупредили, что не смогут обеспечить ей эвакуацию.

Когда талибы рядом: Центральная Азия с таким ещё не сталкивалась
Кадр из видео

Шахида, зачем вы собирались ехать в горячую точку планеты, ведь месяц назад там уже было неспокойно?

     — Афганистан — вообще отдельная тема. Я занимаюсь этой страной ещё со студенческих лет. Изучила очень много материалов и хорошо знаю всех полевых командиров. На этот раз хотела сделать фильм о генерале — этническом узбеке Абдул-Рашиде Дустуме. Личность неоднозначная, но безусловно интересная. У нас была договорённость с его командой, и сейчас я понимаю, как хорошо, что я туда не поехала. Мы даже составляли план эвакуации. Например, если Мазари-Шариф перейдёт к талибам, то нам пришлось бы бежать до Хайратона, к границе с Узбекистаном — до моста дружбы, чего мне в общем-то делать не хотелось. Было понятно, что талибы прекратят авиасообщение между Мазари-Шарифом и Кабулом. Тяжело осознавать, что там остались коллеги, афганские журналисты, которых надо срочно эвакуировать в какую-то безопасную зону. Ситуация на самом деле очень сложная, и страны Центральной Азии, в том числе и Казахстан, с таким ещё не сталкивались. Такое чувство, что все наши страны оказались к этому не готовы.

— Я думаю, что служба безопасности и МИДы должны были отслеживать ежедневно и ежечасно. Не только сейчас, когда американцы решили уйти, а задолго до этого, чтобы держать руку на пульсе. Не надо делать удивлённые глаза и говорить, а вот мы этого не знали. Нет, все знали. Знали, что правительство Ашраф Гани в Кабуле не продержится. И это был только вопрос времени. Даже в 2017 году, когда я была в Афганистане, талибы контролировали уже 30% страны и вели бои с национальной армией. То есть там часть границы с Туркменистаном. И я напомню, что у них самый протяжённый участок границы с Афганистаном, и там стояли талибы и какие-то части группировки «Исламское государство Хорасан». Там шли бои.

Правда ли, что разбитый в Сирии ИГИЛ (запрещённая в РК террористическая организация) теперь сосредоточен в Афганистане?

Когда талибы рядом: Центральная Азия с таким ещё не сталкивалась
фото из открытых источников

— Так говорить нельзя – это неправильно. Потому что ИГИЛ, базирующийся в Афганистане, он состоит из тех узбеков, туркмен и таджиков, которые уже были там. То есть это остатки террористической организации «Исламской движение Узбекистана» (запрещенная в РК террористическая организация), которая потом стала как я говорю, «франшизой» ИГИЛ и даже взяла новое название «Исламское движение Туркестана».

— Это очень религиозные люди, которые бежали из своих стран. Потом они примкнули к талибам, когда те захватили власть в 1998-м и 1999-м году. Кстати, как раз они несколько раз совершали нападения на границе Таджикистана, у них были проникновения и на территорию Кыргызстана. Был ли переброс джихадистов из Сирии и Ирака в Афганистан? Это вопрос очень сложный. И однозначного ответа здесь нет.

Страны Центральной Азии сейчас всё-таки больше всего интересует, есть ли угроза на границах?

    — Если талибан — это тот талибан в чистом виде, который мы знаем, то у движения никогда не было таких замашек. То есть они у себя в Афганистане орудовали и как бы никогда не претендовали на большую роль. А то что они у себя приютили Аль-Каиду (запрещенная в Казахстане организация, признанная террористической) и не выдавали Усаму Бен Ладена, это была принципиальная позиция Муллы Умара, тогдашнего лидера талибана. Сейчас они хотят, чтобы признали их легитимность. Это их главная задача.

— Талибы прекрасно помнят тот момент, когда пришли к власти в конце девяностых, когда их все ненавидели, а страна была в изоляции. А сейчас они уже понимают, что соседей не надо трогать, что с ними надо общаться. Иначе страна останется без денег, её никто не признает, а для них мировое признание очень важно. Если будут какие-то нападения на границы стран Центральной Азии, я не думаю, что это будут талибы. Это, скорее всего, как раз и будут вот эти бойцы ИГИЛа. Талибам нужен Афганистан, а эти люди им не нужны, поэтому они будут пытаться двигаться дальше.

Когда талибы рядом: Центральная Азия с таким ещё не сталкивалась
В окрестностях аэропорта Кабула. Фото предоставил житель Забих

Один из самых обсуждаемых вопросов — почему талибы так быстро смогли захватить власть?

    — Я, конечно, — не военный человек, но в силу того, что я работаю в таких местах, приходится анализировать. Я провела параллель с сирийским Мосулом. Он ведь тоже сдался достаточно быстро. Ведь это второй по счёту город Сирии, где было много военных. Большую роль в этом сыграла пропаганда. Тогда уже появился интернет Twitter, Facebook, YouTube, где транслировали пропагандистские ролики, в которых говорили: «Какие мы страшные, сейчас мы вас всех убьём». И естественно люди просто боялись. Такую же пропаганду в этот момент использовали и талибы. Когда они стали снимать ролики о том, как они быстро продвигаются, как правительственная армия убегает, выкладывали селфи победителей, это всё сработало, как пропаганда страха. А во-вторых, давайте посмотрим правде в глаза, правительство Афганистана было одним из самых коррумпированных в мире. То есть те деньги, которые международное сообщество направляло на построение нормальной национальной армии, сил безопасности, а также на экономическое возрождение страны, к сожалению, просто разворовывались. В начале президентом был Карзай, который поставил на все позиции своих людей. Потом президентом сделали Гани, а он в принципе ничем не отличался от своего предшественника.

Почему маршал Дустум, который воевал на стороне правительственных войск, бежал из Афганистана?

    — Это очень сложная ситуация. Президент Гани никогда не любил Дустума и называл его чуть ли не военным преступником. Однако спустя время сделал вице-президентом, потому что во время выборов ему нужны были голоса северного населения. Он забыл свою риторику и даже сделал его маршалом. Но потом опять что-то пошло не так, и Дустума начали обвинять. Он уехал в Турцию, но через какое-то время его вызвали в Кабул, где он попросил подкрепление, чтобы противостоять талибам на севере, но получил только спецназ. Дустум вернулся в Мазари-Шариф, окрестности которого к тому времени уже захватили талибы. Как мне сообщил источник в Кабуле, когда талибы подошли к Мазари-Шарифу, у Дустума было 1200 человек. Дустум отправил людей расчищать дорогу на Хайратон, и они бежали в Узбекистан.

В интернете есть видео, где талибы входят во дворец Дустума, где все отделано золотом, это правда?

     — Да, я же говорю, уровень коррупции там был такой, что, думаю, любой правительственный чиновник жил не хуже.

Правда ли что дочь президента Ашраф Гани живет в Нью-Йорке?

   — Прежде чем стать президентом Афганистана, он преподавал в одном из престижных университетов Америки, затем работал во Всемирном банке. Так, собственно, и появился на публике. Да, он на самом деле — гражданин США. Его дочь живёт Нью-Йорке. Она делает документальные фильмы, насколько я поняла. Также у неё Фонд по поддержке афганских женщин. Как этот фонд работает, я тоже не понимаю. Жена — арабка по происхождению, была с ним в Кабуле. Он улетел. Ему есть, где жить. Он в принципе в любой момент может поехать к себе домой в Америку. Но ему дали власть, и он не хотел от неё отказываться. Я думаю, что Гани должен понести ответственность за то, что вовремя не ушел, несмотря на то, что его просили неоднократно, даже Байден.

Еще хотела услышать ваше мнение о видео, которое тоже взорвало интернет: то, где показывают, как талибы из семей забирают девочек 12-15 лет.

     — Видео уже удалено из всех ресурсов. Но, несмотря на это известно, что для талибов женщины — не люди. Мировое сообщество должно высказать свою позицию именно в этом вопросе. Раньше в Афганистане женщины работали даже в традиционно мужских отраслях. Например, в полиции и в спецназе. Я делала материал о женщине-генерале, которая была парашютисткой. Страшно подумать, что теперь с ними будет. Ни на одном из переговорных процессов — в Москве, Катаре, Ташкенте о ситуации с афганскими женщинами не говорили вообще. А знаете почему? В этих переговорах не принимает участие ни одна женщина!

Сын Ахмад шаха Масуда принял решение воевать против талибов, кто его поддерживает?

   — Есть ещё местное таджикское население, которое будет за него горой стоять. Откуда у него деньги, я не знаю, но семья Масуда живёт в Лондоне, и он тоже жил здесь. Это новая фигура, появившаяся сравнительно недавно во всей этой афганской истории, и про него не очень много известно. Но он очень похож на своего отца. О том, кто за ним стоит? Может быть, за ним стоит Иран, я допускаю это. Возможно, поддержка будет идти оттуда, потому что Иран с талибаном «не дружит».

Когда талибы рядом: Центральная Азия с таким ещё не сталкивалась
фото с сайта focus.ua

Ваша позиция по поводу беженцев?

    — Я считаю, что правительства стран Центральной Азии должны принять беженцев. Это просто не гуманно — оставлять там женщин, детей и стариков, которые бегут от войны. Какие-то лагеря на границе в безопасной зоне организовать надо. Что касается журналистов, сотрудников НПО — их нужно эвакуировать, потому что их просто убьют.

Когда талибы рядом: Центральная Азия с таким ещё не сталкивалась
Фото с сайта iz.ru

Как вы считаете, те новости, которые мы получаем из Афганистана, отражают действительность?

    — Пока да, но скоро это закончится. Я на связи с одним журналистом. Он говорит, что у талибов есть списки и они уже начали вызывать корреспондентов, особенно иностранных изданий. Суть бесед в том, что надо показывать власть в позитивном ключе. Талибам сейчас нужно признание мирового сообщества, потому что им нужна финансовая помощь. Источников финансирования (кроме как от продажи наркотиков) у них нет, а они заявили уже, что на это у них теперь запрет. А как можно показать, что они те, с кем можно вести переговоры? Только позитивная, то есть правильная, по их мнению, подача информации.

Но что-то же может быть барьером, что-то должно стать тормозом, который не позволит посягать на границы Центральной Азии?

    — Рычаги давления на талибов есть. И их надо использовать. Узбекистан поставляет на север Афганистана электроэнергию и газ. То же самое делает Туркменистан. Население их севера не выдержит без поставок продовольствия через сухопутный порт Туркменистана, не выдержит без поставок газа и электроэнергии. Я считаю, это рычаг давления на талибов, чтобы они не зверствовали с местным населением. Есть экономические инструменты, которые, я надеюсь, можно применить.

Поделиться: