Как прошёл Ташкентский кинофестиваль и есть ли чему поучиться Казахстану у соседей?

Ташкентский международный кинофестиваль завершился… в Самарканде. Да, именно так – ниже объясню, почему. Для человека, который видел все казахстанские и не только кинофестивали как со стороны, так и изнутри, пятидневный вояж в Узбекистан стал откровением. Если в день открытия я думал, что нам стоит многому поучиться, то на церемонии закрытия пришлось с грустью констатировать: до такого уровня нам, увы, не дотянуться.

Организация ташкентского фестиваля вызвала ощущение, будто весь креативный класс Узбекистана только и делал, что работал на него весь год. На контрасте наша многострадальная «Евразия» из года в год выставляется на тендер, перебрасывается из рук в руки, как нелюбимый ребёнок, и организовывается в турборежиме за два (в лучшем случае) месяца до открытия. И это при том, что Казахстан небезосновательно считается лидером киноиндустрии среди стран Центральной Азии.

Если не заострять внимание на традиционном узбекском гостеприимстве (за что принимающей стороне огромная благодарность), а перейти непосредственно к организации кинофорума, то первым пунктом станет, конечно, церемония открытия и предшествующая ей красная дорожка.

Организаторы сделали большой упор на событийность и зрелищность. Одна только работа декораторов и художников по свету вызывала восторг. Пожалуй, на более-менее похожем уровне красную дорожку организовывали Almaty Film Festival и фестиваль Action в Астане – оба зачахли на второй год своего существования.

В холле фестивального центра развернулась мультимедийная экспозиция классики узбекского кино. Длинный коридор был разделён на секторы, где воссоздали сцены из знаковых картин местного производства, а на экранах демонстрировались эпизоды из фильмов. К своему стыду, я узнал лишь советско-индийскую ленту «Приключения Али-Бабы и сорока разбойников» 1980 года с Дхармендрой, Роланом Быковым, Софико Чиаурели и Якубом Ахмедовым.

Церемония открытия стартовала с неожиданного перфоманса от местных танцоров и актёра Фредерика Дифенталя (Эмильен в тетралогии «Такси») под узбекскую аранжировку культовой композиции Miserlou в исполнении камерного оркестра.

Ещё одним новшеством «Жемчужины шёлкового пути» (такой «подзаголовок» взял себе фестиваль) стал национальный конкурс, чьи результаты были объявлены… уже на церемонии открытия. Решение поначалу показалось, как минимум, странным, а на деле вышло дальновидным.

Таким образом организаторы подогрели интерес к кинематографу Узбекистана у большого количества иностранных гостей. Например, коллеги крайне заинтересовались, где можно посмотреть фильмы «101-й рейс» и «Я – не террорист». Правда, смутило то, что главные призы национального конкурса достались авторам, чей возраст перешагнул за 80 лет, а по коротким отрывкам, которые демонстрировались при объявлении номинантов, создалось ощущение, что были работы и покрепче. 

Но если церемония открытия превратилась в праздник узбекского кино, то на закрытии триумфатором был Казахстан, забравший половину из шести наград: «Лучший дебют» («Степь» Максима Акбарова), «Лучший режиссёр» («Братья» Дархана Тулегенова) и специальный приз жюри («Обучение Адемоки» Адильхана Ержанова), два приза забрали кинематографисты Кыргызстана (лучшие женская и мужская роли), а «Лучшим фильмом» стала картина «Якшанба» («Воскресенье») Шакира Халикова из Узбекистана.

Впрочем, церемония закрытия запомнилась не только наградами, но и масштабом. Утром всю шумную фестивальную тусовку посадили на полностью выкупленный по такому случаю поезд «Афросиаб», который доставил нас в Самарканд. Такая логистика в первый момент вызвала недоумение, но к вечеру мы поняли, для чего это делалось.

Практически в шаговой доступности от отеля развернулся древний город, в котором была выстроена трёхуровневая декорация замка. Масштаб постановки церемонии закрытия обескураживал. А награды победителям вручали лауреаты трёх главных кинофестивалей мира (Канн, Берлина и Венеции) Эмир Кустурица, Кшиштоф Занусси и Пьетро Марчелло, а также двукратный обладатель «Оскара» Кевин Спейси.

Но всё же главное, чем запомнилась «Жемчужина Шёлкового пути», так это запредельный уровень гостеприимства. Каждой победе Казахстана узбекские коллеги аплодировали, как своей, а фраза «Алга, Казахстан!», трижды произнесённая со сцены в Самарканде, ещё не раз звучала в исполнении как локальной суперзвезды Умида Искандарова, так и внезапно примкнувшего к казахстанской делегации актёра Сами Насери (Даниэль из «Такси»). К сожалению, на наших фестивалях подобную всеобщую эйфорию уже сложно встретить.