В стране в последнее время увеличилось количество «единых операторов» – структур, призванных качественно улучшить ту или иную сферу деятельности.

Для чего в стране создаются единые операторы в самых неожиданных сферах деятельности, разбиралось издание Turanpress.

С первого января в Казахстане начал свою работу единый оператор жилищного строительства (ЕОЖС), который будет отвечать за регулирование предложения жилья по госпрограммам. Таковым стало дочернее предприятие холдинга «Байтерек» – «Казахстанская ипотечная компания», которая переименовывается в «Казахстанскую жилищную компанию».

Как выяснилось, в новую структуру вливаются такие подразделения НУХ «Байтерек», как Фонд гарантирования жилищного строительства и «Байтерек девелопмент» (компания, некоторая время тому назад успевшая побывать в эпицентре нескольких крупных скандалов и лишившаяся части своих топ-менеджеров, приговоренных судом к различным срокам лишения свободы за хозяйственные и коррупционные преступления).

В 2019 году президент страны Касым-Жомарт Токаев обратил на эту сферу особое внимание: «Квазигосударственные компании зачастую конкурируют между собой на одном поле. В сфере жилищной политики, например, одновременно работают семь государственных операторов, и это только на центральном уровне! Количество государственных компаний можно и нужно сократить…»

Как рассказывали в СМИ руководители НУХ «Байтерек», слова главы государства они встретили с пониманием, провели большую подготовительную работу, изучили сингапурский опыт и в итоге осуществили необходимые слияния и поглощения. Таким образом, ликвидировался и «Байтерек девелопмент» (не только периодически становившийся фигурантом различного рода скандалов, но в последние годы умудрявшийся показывать и многомиллионные убытки), и другие подразделения типа «Казахстанской ипотечной компании (КИК)». Кстати, их хозяйственная деятельность была более удачной. Например, в 2015 году в разгар «колебаний национальной валюты» КИК смог неплохо заработать на операциях с валютой иностранной, добыв для себя два миллиарда тенге, то есть почти половину годовой прибыли. И казалось бы, зачем им муторная, рутинная работа по реализации программы «Доступное жилье-2020», когда прибыль добывается путем валютных операций, а еще часть денег просто «прокручивается» на депозитах, как это выявила проверка Счетного комитета, обнаружившая, что из-за бережного хранения на депозитах 17,3 миллиардов тенге (две трети от всех денежных средств предприятия), часть из них была попросту не освоена на целевые нужды.

В общем, из них и был создан новый «единый оператор», который теперь будет отвечать за доступность и качественность квадратных метров для жителей республики. А в качестве дополнительного аргумента его нужности и полезности, указывается, что произойдет экономия общих административных расходов на 40% или 3,4 миллиарда тенге. Это действительно немало, особенно если учесть, что согласно официальной отчетности только в одном 2019 году холдинг «Байтерек» потратил на рекламные и маркетинговые услуги 1,2 миллиарда тенге, командировочные расходы – 946 миллионов тенге, расходы на содержание совета директоров – 928 миллионов тенге, обучение сотрудников – 730 миллионов тенге.

Интересно, что согласно информации, озвученной первым вице-министром индустрии и инфраструктурного развития Каирбеком Ускенбаевым, на счетах объединенного единого оператора будет аккумулировано 750 миллиардов тенге. Возможно, благодаря солидному стартовому капиталу новый единый оператор все же оправдает возложенные на него надежды в более обозримые и осязаемые сроки.

Еще одним январским пополнением в «единооператорском полку» стало ТОО «Exirius», зарегистрированное в режиме льготного налогообложения через международный технопарк IT-стартапов Astana Hub. И в отличие от очередной трансформации «байтерековских» дочек, этот оператор будет заниматься принципиально новым для страны делом, а именно – обеспечивать работу Центра учета ставок (ЦУС), призванного взять под контроль казахстанский игорный бизнес в целом и его букмекерское ответвление в частности.

Предпосылки для появления новой структуры были обозначены еще во время прошлогоднего принятия поправок в закон «Об игорной деятельности». Согласно расчетам экспертов, ежегодный оборот букмекерских контор и тотализаторов в Казахстане оценивается примерно в 600 миллиардов тенге. По данным Минкультуры и спорта, в прошлом году участники рынка выплатили в бюджет 16,5 миллиардов тенге налогов. То есть, видимый фискальным органам оборот в отрасли не превышает 170 миллиардов тенге, а остальная часть денег, очевидно, находится в «серой зоне». С этим, собственно, и призван бороться созданный по модели государственно-частного партнерства ЦУС, который отныне будет следить за ставками, для чего всем игрокам необходимо зарегистрироваться, подтвердив свою личность и предоставив необходимые документы. В дальнейшем все платежи (как ставки, так и возможные выигрыши) будут проходить через систему, контролироваться и таким образом появится возможность точно определять будущие налоговые отчисления. Кстати, само ТОО «Exirius», также будет иметь прибыль в виде комиссии с букмекерских контор в размере четырех процентов от их оборота. Посмотрев на изначальные цифры можно прикинуть – какую маржу поднимет новоиспеченный единый оператор, при том что из-за льготного режима регистрации КПН со своей прибыли сам он платить практически не будет.

Вполне понятно, что сами участники рынка с этим категорически не согласны и упирают на то, что подобную электронную систему вряд ли было возможно создать и настроить в столь короткое время. Кроме того, их смущает необходимость выплачивать часть средств частной фирме с физическими учредителями и, наконец, в своих доводах они ссылаются на нарушение антимонопольного законодательства, так как ЦУС и стоящее за ним ТОО «Exirius» становятся фактическим монополистом на рынке контроля и сбора денег с оборота игорного бизнеса. В дальнейшем они предрекают коллапс всей букмекерской системы страны и намерены отстаивать свои позиции в суде…

Как видно, понятие «единый оператор» в Казахстане может быть весьма разносторонним. Поэтому, наверное, интересно хотя бы бегло взглянуть – кто еще обладает в стране эти гордым статусом и какие функции осуществляет?

Понятие «единый оператор» стало прочно укореняться в казахстанском бизнес-лексиконе примерно с 2010 года. В те времена на уровне правительства был поднят вопрос о том, что в стране нет единого газового рынка, который «является очень сильно разорванным на определенные районы, привязанным к источникам поставок», и было предложено наделить АО «КазМунайГаз» соответствующим статусом и полномочиями, которые «позволят КМГ скоординировать развитие газового рынка страны и четко планировать, где какие трубопроводы, где какие распределительные системы будут строиться, кто будет потребителем газа».

Чуть позже вполне логично такие же решения были приняты и по другим стратегическим отраслям, в результате чего единым национальным оператором электросетей стало АО «KEGOC», единым оператором в области железнодорожных перевозок была определена НК «Казахстан темир жолы», функции единого оператора по транспортировке нефти было предложено предоставить «КазТрансОйл» и так далее.

Затем, если говорить несколько упрощенно, на некоторое время наступило затишье и вторая волна «единого операторства» выплеснулась уже после 2014 года. Тогда появились единый национальный оператор по управлению автомобильными дорогами, созданный в виде АО с государственным участием при Комитете автомобильных дорог Министерства индустрии и инфраструктурного развития, а затем и целая вереница различных единых операторов рангом поменьше. В частности, возникшее в 2015 году ТОО «Транспортный холдинг города Алматы», внедрившее электронную систему оплаты ONAY. Примерно в это же время появилось и еще одно ТОО – «Алматы спецтехпаркинг сервис», которое стало ведать системой платных парковок и штрафных стоянок в городе, постепенно вытесняя с рынка остальных участников этого бизнеса.

С самого начала некоторые наблюдатели выражали недоумение тем, что система фактически находится в частных руках, ведь 70%-й долей в ТОО «Алматы спецтехпаркинг сервис» владеет ТОО «RR2» (среди владельцев которого значится известный бизнесмен Кайрат Боранбаев), а 30% находятся в ведении Управления пассажирского транспорта и автомобильных дорог города Алматы. Еще более эксперты стали недоумевать после того, как осенью 2018 года акимат попытался продать эту долю на аукционе и победителем чуть было не стала никому неизвестная фирма ТОО «Управляющая компания Project», созданная буквально накануне торгов (впрочем, аукцион после вмешательства прокуратуры и последующего судебного процесса впоследствии был признан несостоявшимся).

Тем не менее, постепенно становилось понятно, что термин «единый оператор» может применяться не только к традиционным стратегическим отраслям, но и прикладываться к совершенно различным граням хозяйственной деятельности.

Ярким примером нового подхода к системе единого операторства, в частности, можно считать появление в 2017 году единого оператора в лотерейной области. Как и в случае с букмекерами, сначала в апреле 2016 года был принят закон «О лотереях и лотерейной деятельности», а затем на свет появилось частное АО «Сәтті Жұлдыз», которое впоследствии и было определено единым оператором лотереи в Республике Казахстан, причем вне всякого конкурса.

Деятельность остальных участников (а таковых насчитывалось 85) была приостановлена, а имеющиеся у них лицензии отозваны.

Тогда же было подсчитано, что годовой оборот лотерейного рынка в стране составляет порядка 18 миллионов долларов и нового оператора обязали «ежеквартально направлять на развитие спорта не менее 10 процентов от разницы между выручкой от реализованных лотерейных билетов, квитанций или иных документов, зарегистрированных лотерейных ставок и призовым фондом».

Присматривать за этими процедурами было назначено управлению координации игорного бизнеса и лотерейной деятельности Комитета по делам спорта и физической культуры Министерства спорта и культуры.

Как и в случае с букмекерами, сначала на лотерейном рынке поднялся шум недовольства, но затем бывшие участники с положением дел смирились, а на вопросы журналистов, кто именно стоит за столь удачливым АО, многозначительно поднимали глаза вверх. В качестве же последнего штриха, можно упомянуть и тот факт, что, несмотря на все льготы и преференции, АО «Сәтті Жұлдыз» довольно долго не могло показать желаемый результат своей хозяйственно-лотерейной деятельности и оправдать возложенные на него надежды, но это уже другая история…

Вообще, как мы уже убедились, система «единого операторства» может возникать в самых неожиданных местах. Например, в спорте. Или конкретнее – в деле обеспечения финансирования такового. Так, в декабре 2019 года были приняты изменения и дополнения в некоторые законодательные акты по вопросам физической культуры и спорта. В числе предложенных новаций помимо ужесточения антидопинговых правил значилось и создание единого оператора, реализующего политику по оказанию спонсорской помощи в области физической культуры и спорта. А если точнее, ведающего распределением внебюджетных денежных средств, поступающих от добровольных взносов и пожертвований, дивидендов и «иных не запрещенных законом поступлений». Инициатором создания такой структуры выступило Министерство культуры и спорта, которое затем разработало «правила определения единого оператора по распределению внебюджетных денежных средств, направленных на развитие физической культуры и спорта», зафиксировало их правительственным постановлением и торжественно объявило в республиканских СМИ о проведении соответствующего конкурса.

А вот не менее широко и торжественно проинформировать о его результатах почему-то забыло. Единственное упоминание о том, что такой оператор все-таки определен прозвучало в виде одной фразы во время отчетного доклада министра культуры и спорта Актоты Раимкуловой 5 июня 2020 года. Причем, без всякой конкретики и подробностей.

Немного отвлечемся от основной темы и отметим, что, судя по отчету министра на пленарном заседании Мажилиса в декабре прошлого года, озвучивание каких-либо подробностей и точных данных вообще не самая сильная ее сторона.

В частности, председатель Мажилиса Нурлан Нигматулин попросил министра уточнить, какова общая сумма направляемых на спорт из государственных, местных исполнительных органов и квазигосударственного сектора? Причем, этот вопрос спикеру палаты парламента пришлось задавать несколько раз и проявить определенную твердость для получения ответа.

– На сегодняшний день общий бюджет профессиональных спортивных клубов составлял 55,5 миллиардов тенге… Вообще, на спорт выделяется в этом году 160 миллиардов тенге, – ответила министр.

Чуть позже, перепроверив данные, озвученные министром, вездесущие эксперты выяснили, что в них вкралась небольшая неточность и на самом деле, спортивный бюджет страны составляет почти 171 миллиард тенге. В принципе, по большему счету здесь речь идет лишь о технической ошибке, так как, судя по всем, министр ориентировалась на старые бюджетные данные, а в августе прошлого года на некоторые программы выделялись дополнительные средства. Короче, как бы там ни было, но председатель Мажилиса тогда в данных министра тоже усомнился, а заодно попросил более четко разделять между собой источники финансирования и правильно их классифицировать (это произошло после того, как министр сообщила о том, что на профессиональный спорт деньги из республиканского бюджета не выделяются и он финансируется исключительно за счет местных бюджетов и спонсорских средств):

– Подождите. Вы не называйте спонсорскими деньги квазигосударственного сектора. Это не спонсорские деньги, это государственные деньги. Вот о чем речь. Вы прячетесь за эту цифру, за эту вывеску. Спонсорские – это спонсоры, а деньги квазигосударственного сектора – это деньги государства. Глава государства четко об этом в Послании расписал. Вам просто персонально, что называется, прилетело это поручение. Расскажите, сейчас вас слышит вся страна, – предложил главе ведомства Нурлан Нигматулин.

В общем, наверное, для того, чтобы, наконец, более четко разобраться в бюджетности и внебюджетности тех или иных средств и был создан единый оператор по их накоплению и распределению.

Как удалось выяснить, таковым стал Фонд поддержки индустрии и спорта, учредителем которого, в свою очередь выступило АО «Казспортинвест». Это акционерное общество в свое время было создано на базе другого АО – «Исполнительная дирекция Организационного комитета 7-х зимних Азиатских игр 2011 года», о существовании которого в настоящее время особо вспоминать не любят, так как его деятельность завершилась чередой бурных скандалов, громких судебных процессов и основательных «посадок» некоторых видных функционеров. Впрочем, и самому АО «Казспортинвест», судя по всему, существовать осталось недолго, ибо в декабре прошлого года профигурировала информация о том, что государственный пакет АО «Казспортинвест» будет передан в оплату акций АО «Национальная компания «Kazakh Tourism». В целях оптимизации, конечно же. Ну а уж как эти слияния и поглощения скажутся на работе фонда с внебюджетными средствами, мы, возможно, узнаем только после первых отчетных периодов. Ведь пока что о деятельности этой структуры неизвестно практически ничего…

Еще в прошлом году в стране появился новый единый оператор в области здравоохранения. Таковым стало некоммерческое акционерное общество «Turar Healthcare», наделенное полномочиями по реализации инвестиционных проектов и проектов государственно-частного партнерства.

Функций у него достаточно много, причем весьма разносторонних:

Осуществление деятельности, направленной на создание и функционирование клиник организаций образования в области здравоохранения.

Привлечение инвестиций и заимствований для целей проектирования, строительства, реконструкции, ремонта, содержания и обслуживания объектов здравоохранения;

Реализация проектов в области здравоохранения, в том числе инвестиционных проектов и проектов государственно-частного партнерства;

Координация работ по проектам строительства, реконструкции, ремонта, содержания и обслуживания объектов здравоохранения, в том числе по проектам государственно-частного партнерства и концессии;

Деятельность по апробации, внедрению и осуществлению трансферта инновационных медицинских технологий в медицинские организации и организации образования в области здравоохранения;

Участие в проведении доклинических (неклинических) и клинических исследований лекарственных средств и медицинских изделий.

Ознакомившись с будущими обязанностями и возможностями Turar Healthcare, эксперты и наблюдатели тут же возвели его в ранг очередной мощной квазигосударственной структуры, эффективность работы которой целиком и полностью будет зависеть как от квалификации его менеджеров, так и степени общественного контроля и прозрачности. А судя по всему, с этим возникли проблемы уже на самом раннем этапе. Наблюдательные журналисты подметили, что соответствующее постановление о создании АО «Turar Healthcare» можно найти лишь в негосударственных источниках информации (например, на портале Nomad), а вот ни в официальной прессе, ни даже на сайте премьер-министра страны, этот документ, к сожалению, не фигурирует. Предыдущие и последующие постановления есть, а именно это опубликовать почему-то забыли. Возникло даже предположение, что сделано это специально, дабы не привлекать к новой структуре излишнего внимания извне, но, безусловно, это всего лишь версия. Которая, конечно же, может оказаться ошибочной…

Ведь вопрос, судя по всему, идет о сносе 40 больниц по всей территории республики и строительстве вместо них то ли 16, то ли 20 новых. Причем строительный подрядчик будет потом их оператором. А это, кстати, не просто очень большие деньги, но и полное переформатирование системы национального здравоохранения, ибо если прежние больницы были – пока – государственными, а каковыми будут эти самые новые и современные – сказать сложно.

Безусловно, в рамках одного обзора изучить деятельность многочисленных казахстанских единых операторов будет попросту невозможно. Поэтому к этой теме придется еще неоднократно возвращаться. Тем более, что и процесс их создания по- прежнему не стоит на месте. Например, в этом году нас ждет появление «единого оператора военной инфраструктуры». Полное его название будет звучать приблизительно так: «Единый оператор по ремонту, содержанию и эксплуатации объектов инфраструктуры ВС и по оснащению, обслуживанию технических средств охраны на оборонных объектах». В его функциональных обязанностях, помимо всего прочего, запланировано: «частично исключить проникновение в армейскую среду деструктивных сил под видом коммерческих структур; сократить расходы бюджетных средств на содержание личного состава, обслуживание технологического оборудования инфраструктуры; исключить привлечение личного состава воинских частей и учреждений к выполнению несвойственных задач; снизить риски коррупционных нарушений для организаторов проведения конкурсов».

Насчет последнего, это действительно важно, так как от судебных процессов над коррупционерами в погонах у общества уже похоже появилась некоторая усталость (последний судебный процесс на эту тему, кстати, состоялся в декабре прошлого года, когда к пяти годам лишения свободы был приговорен экс-начальник департамента кадров и военного образования Минобороны генерал-майор Копбаев). Так что, если новый единый оператор таки поможет снизить уровень коррупции в воинских рядах, то этому можно будет только откровенно порадоваться. Или, наоборот, огорчиться, если подобные усилия в очередной раз окажутся тщетными.