Имеет ли доктор право на ошибку: как судят медиков в Казахстане
Почему уголовные дела о профессиональных ошибках медиков рассматриваются гораздо дольше других и почему большинство действительно виновных врачей избежали наказания, разбиралась Orda.kz.
По данным Минздрава, в Казахстане ежегодно возбуждают около 300 уголовных дел против медицинских работников. При этом в суд за последние четыре года поступило всего 50 дел, остальные были прекращены. В 43 случаях судьи вынесли обвинительные приговоры в отношении 70 лиц. Общий размер компенсации морального и материального ущерба в пользу пострадавших пациентов составил свыше 40 миллионов тенге.
Редакция Orda.kz неоднократно писала о врачебной халатности. И зачастую спустя много времени после возбуждения уголовного дела истцы не получают повестки в суд, а иногда даже не имеют возможности выяснить, как движется расследование. Поэтому мы решили разобраться в механизме расследования врачебных ошибок.
Проверка жалоб пациентов
Разобраться в нюансах «врачебных дел» помог адвокат Александр Борисенков. В прошлом он возглавлял отдел Департамента внутренних дел Алматы, в котором расследовались преступления в медицинской сфере. Сегодня к нему за юридической помощью обращаются как пострадавшие пациенты, так и врачи, в отношении которых проводится расследование.
По словам Борисенкова, дела о профессиональных ошибках медиков возбуждаются не сразу. Сначала истец пишет жалобу в Минздрав, затем специалисты территориального департамента Комитета контроля в сфере медицинской и фармацевтической деятельности проводят проверку. Если она выявляет ненадлежащее выполнение врачебных обязанностей, то подключается департамент полиции.
«Следственные органы возбуждают уголовное только в том случае, если здоровью пациента был причинён средний или тяжкий вред или же он скончался в результате непрофессиональных действий медработника», – поясняет Борисенков.
К слову, подавляющее большинство жалоб пациентов не проходят проверку Комитета по контролю. По данным Минздрава, с 2018-го по 2020 год в ведомство поступило свыше 15 тысяч обращений на некачественный медицинский сервис. Из них лишь 10% (1521 случай) были признаны обоснованными и по ним были приняты решения.

Превратности Фемиды
Но даже если уголовное дело всё же заведено, вероятность, что оно окончится приговором, невелика. По словам Александра Борисенкова, 60–70% «врачебных» уголовных дел прекращаются из-за примирения сторон. Подозреваемые заглаживают свою вину перед потерпевшими, выплачивая им кругленькую сумму денег в качестве отступных, и стороны мирно расходятся.
Одно из дел, которыми занимался Борисенков, было против пластического хирурга, у которого на столе умерла женщина во время липосакции. Была доказана врачебная ошибка. Но виновный так и не сел в тюрьму.
Дела повышенной сложности
По словам адвоката, чаще всего уголовные дела возбуждают против акушеров-гинекологов, хирургов, травматологов, анестезиологов, неонатологов и пластических хирургов. В основном им вменяется статья 317 Уголовного кодекса РК «Ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей медицинским или фармацевтическим работником». Минимальное наказание по этой статье предусматривает штраф в размере от 200 до 3000 МРП. Если же пациент погиб или заразился ВИЧ, врачу грозит лишение свободы до пяти лет с последующим лишением права заниматься медицинской деятельностью до трёх лет. Максимальное наказание – семь лет лишения свободы – врачу грозит за смерть двух и более пациентов.
Однако чаще всего судьи проявляют к медикам снисхождение.
«Они присуждают или ограничение свободы, или минимальные сроки лишения свободы. Я не припомню в своей следственной или адвокатской практике случаев, когда медработнику назначали три-пять лет, хотя это и предусмотрено статьёй 317 Уголовного кодекса РК», – говорит Борисенков.
Расследование медицинских преступлений относится к числу особо сложных, специфических, поскольку оно требует массы времени на проведение судебных экспертиз и консультаций. Для того чтобы доказать виновность или невиновность подозреваемого, следователю приходится самостоятельно перелопатить кучу должностных инструкций и клинических протоколов, утверждённых Минздравом.
«По сути, следователь, не имея медицинского образования, должен перепроверить правильность действий врача», – поясняет Борисенков.
Поэтому уголовные дела врачей расследуются 8–12 месяцев. Для сравнения: расследование краж, грабежей или разбоев занимает 2–3 месяца. Даже дела об убийствах или крупных мошенничествах порой направляются в суд быстрее, чем «медицинские» дела. Неудивительно, что родственники потерпевших возмущаются затягиванием сроков следствия, обвиняя полицейских в волоките и предвзятости. Они пишут жалобы в прокуратуру и МВД, требуя наказать нерадивых, по их мнению, следователей.
Ну а главной причиной ухода виновников трагедии от сурового наказания адвокат Борисенков называет корпоративную солидарность.
«Никто из врачей, даже самых опытных профессионалов экстра-класса, не застрахован от ошибок. Поэтому и существует расхожее выражение, что «у любого хирурга есть своё кладбище пациентов», – отмечает Борисенков. – Некоторые эксперты из чувства солидарности специально пишут обтекаемые заключения, которые можно трактовать в пользу подозреваемого или же в качестве смягчающих его вину обстоятельств».

Когда жалоба заявителя подтверждается, специалисты составляют соответствующий акт проверки и передают его полицейским для принятия процессуального решения.
«Следственные органы возбуждают уголовное дело по факту халатности врача. Однако это происходит только в том случае, если здоровью пациента был причинён средний или тяжкий вред или же он скончался в результате непрофессиональных действий медработника», – поясняет Борисенков.
Адвокат утверждает, что в отношении подозреваемого обычно избирается мера пресечения в виде подписки о невыезде или залога. Приблизительно 50% уголовных дел прекращаются за истечением срока давности, который составляет два года по преступлениям небольшой тяжести.
Получай оперативные новости дня в свой смартфон: подпишись на Orda.kz в Telegram.
Комментируй, делись мнением у нас в Facebook!
Лента новостей
- ИИ, миграция, энергетика: чем займётся курултай в ближайшее время
- Приём заявок на ипотеку «Умай» приостановили: что говорят в Отбасы банке
- «Пришло время» — Месси объявил об уходе из сборной Аргентины
- Как изменятся МРП, МЗП, пенсия и прожиточный минимум в Казахстане в 2027 году
- Хадж-2027: в ДУМК утвердили туроператоров для организации паломничества казахстанцев
- Пять лет «НаркоСТОП»: как профилактический проект стал площадкой для системных изменений
- Рост есть, но легче не стало: с чем экономика Казахстана заканчивает лето
- Сатпаев отметил день шахтера и обогатителя большим праздничным концертом
- Дети прыгали с высокого моста в Алматы
- Редакция Orda.kz полностью прекращает работу с 1 сентября
- Почти половина — из ФСМС: объём медуслуг в Казахстане превысил триллион тенге
- Фильм «14 күн»: смех, да и только
- Новые правила финансирования частных школ предложили ввести в Казахстане
- Фонд без офиса и директора оказался просто счётом в казначействе
- «Водный Шёлковый путь» по Иртышу: Китай ищет выход в Арктику через Казахстан
- Мурал сегодня есть, завтра нет: кто решает судьбу стрит-арта в Алматы?
- Катер с семью людьми на борту врезался в скалу в Актау: двое погибли
- Не мыть, не клеить и сдать за три года: для находок в Казахстане ввели новые требования
- Дожди, мокрый снег и заморозки: какой будет погода в Казахстане в первые дни сентября
- За слабый тенге доплатят: добывающие компании Казахстана смогут пересчитать закупки



