Фильм «Взаперти»: гости на погосте

В казахстанских кинотеатрах прокатывается картина «Взаперти» – в ещё не слишком привычном для отечественного кино жанре хоррора. Экранизацией повести Александра Мендыбаева «Квартиранты» занимались режиссёр Олжас Баялбаев и Qara Studios, выпустившая в прошлом году «Қаш» Айсултана Сеитова. Каким получился фильм о жуткой квартире советской эпохи и стоит ли внимания?

Чёрт знает куда Макс едет выручать друга: его нужно забрать с празднования дня рождения из старой панельки на окраине. Однако друг не слишком торопится, и Макс сам становится гостем на богатом, но неуютном застолье патриарха семьи («Мужики, деда уважьте», – бросает ему родственник дядя Вася). После дежурного стишка-поздравления дед вдруг разражается проклятиями, произнося слова колдовского ритуала и запуская цепь сверхъестественных событий. Так Макс и его новая знакомая Кема оказываются заложниками нехорошей квартиры, откуда теперь нет выхода, и где по коридорам бродят призраки погибших детей. Чтобы выбраться из ловушки, нужно спасти их души и разгадать тайну этого места и его хозяина. Кема явно знает о квартире больше, чем говорит, да и Макс оказался там не просто так.

Для жанра ужасов в Казахстане, похоже, наступили благоприятные времена. Если в прошлом году внимание было приковано к сделанной в стилистике Роберта Эггерса и Ари Астера ленте «Қаш», где казахский фольклор смешался с кошмарной реальностью 1930-х годов, то сейчас дополнительно стоит ждать, как минимум, «Дәстүр» Куаныша Бейсека и «Кровавую луну» Егора Лымарева, а «Взаперти» – ровно тот фильм, который нужен для жизнеспособности жанра в настоящем.

Это работа без особых сюрпризов, но, что называется, крепкая, явно сделанная с вниманием к классике и удачно переносящая традиции западных фильмов на отечественную почву – сколько раз режиссёры на постсоветском пространстве обламывали зубы даже в простейших слэшерах.

Олжас Баялбаев, автор недавнего производственного триллера «ГОК», аккуратно, но умело использует складывавшуюся десятилетиями азбуку ужаса; не столько современных слоубёрнеров и пост-хорроров с их деконструкторскими штучками, сколько более привычных образчиков. Здесь достаточно скримеров и типичных атрибутов жанра вроде бегающих в темноте детей, заедающих виниловых пластинок, загадочных портретов и фотографий, на которых неожиданно для персонажей появляются призраки.

Наконец, классический элемент ужасов – дом с привидениями, та самая роскошная восьмикомнатная квартира, являющаяся, пожалуй, одним из главных плюсов фильма. Это центральная метафора, иллюстрация застойного времени Макса и Кемы и не только – неслучайно ключ к тайне лежит в советском прошлом с его фантомами: свои «очень странные дела», по-прежнему, достаются оттуда, будь то демоны («Қаш») или маньяки («Три», «5:32»).

Желание вписать советский быт в жанр киноужасов можно понять. Это напоминание о том, что местная традиция куда менее длинная, по сравнению с зарубежными образцами, и подобный выбор сюжетов как бы сглаживает брешь (но всё же при слабом присутствии хоррора в советском кинематографе отдельные примеры были замечательными – к примеру, эстонские кинематографисты в 1979 году фактически сделали свой «Оверлук» в горах Заилийского Алатау в «Отеле «У погибшего альпиниста» одновременно со Стэнли Кубриком).

Общая атмосфера получилась лучше рассказанной истории: несмотря на бодрое начало, сюжет периодически провисает. Возможно, дело в ритме фильма, при котором события сначала накаляются, а затем повествование вынуждено делать паузу и отскакивать назад (вообще, концепцию «Взаперти» было бы выгодно реализовать в коротком метре). Иногда и вовсе возникает ощущение, что Кема и Макс полностью смирились со своим положением. Однако отдельные зарисовки с бытом в квартире, когда они стараются не замечать ненормальности происходящего или бегают по бесконечным лабиринтам комнат, сняты и смонтированы эффектно – не зря Баялбаев до этого занимался клипами.

Возможно, дело и в самих героях, симпатичных, но с недостаточно интересными и внятными личными предысториями, привязанными к общей мистической канве. Развешенные в сюжете ружья стреляют или поздновато, или не очень убедительно, оставляя вопросы. К тому же в какой-то момент на первый план выходит Макс с квестом по поиску предметов умерших детей, хотя для мифологии фильма Кема не менее важна.

В будущей, надеюсь, богатой историографии казахстанского хоррора «Взаперти» вполне может претендовать на хорошее место безо всяких скидок. Быть может, Qara Studios даже опередила «A24», которая только приступает к съёмкам фильма The Backrooms по мотивам популярной крипипасты с похожей концепцией бесконечных комнат.

Сейчас же «Взаперти» можно поставить где-нибудь между «Чёрным телефоном» и «Женщиной в чёрном», сделанной, между прочим, великой британской студией Hammer Films – а это более полувековой опыт съёмок ужасов.