Фильм «Рэкетир 3»: времена новые, герои старые

В прокат вышла заключительная часть криминальной трилогии Акана Сатаева, которая 18 лет назад дала старт новейшей истории независимого коммерческого кино в стране. Главным лейтмотивом третьего фильма стало неумолимое течение времени, забирающее не только старые порядки, но и героев, по которым часть казахстанцев, тем не менее, тоскует, видя в них чуть ли не гарантию справедливости.

Что за фильм? Драматическая развязка истории Саяна и его бывших соратников по опасному бизнесу.

Кто в ролях? Саят Исембаев, Асылхан Толепов, Андрей Мерзликин, Гайдар Гильманов, Бауржан Абишев, Рауан Ахмедов, Асель Сагатова.

О чём? Будучи в тюрьме, Саян узнаёт о том, что вся его семья, включая родителей, жену и детей, погибла в результате взрыва бытового газа. Разумеется, за трагедией стоит Аскар – сын убитого Саяном в финале второго фильма Жана. Спустя два года главный герой выходит из тюрьмы и, объединившись с бывшим сокамерником, отжимает у Аскара нефтеперерабатывающий завод. В противостоянии гибнут, как старые знакомые, так и совсем молодые люди, которых по касательной цепляет эхо 90-х.

Кому и зачем смотреть? Тоскующим по лихой эпохе, чтобы в очередной раз убедиться, что в криминалитете нет места ни справедливости, ни какой-либо романтике.

В принципе, это один из немногочисленных плюсов новой картины Акана Сатаева. Притом начало у фильма довольно многообещающее. Практически на первых минутах режиссёр шокирует сценой гибели семьи Саяна, пусть и при помощи довольно топорно нарисованного взрыва.

Однако заданная в первой половине высокая динамика постепенно снижается, чтобы в последней трети свестись к диалоговым сценам, большая часть которых проходит за столом. Возможно, это некий хай-концепт, должный продемонстрировать, что в новые времена судьбы людей решаются не в перестрелках. Но, согласитесь, это не то, за чем зритель идёт на фильм под названием «Рэкетир 3».

Серьёзные проблемы у фильма начинаются, когда понимаешь, что предыдущие две картины держались на плечах не столько Саята Исембаева, сколько его партнёров в кадре. В первом фильме был запредельно харизматичный Руслан в исполнении Мурата Бисенбина, в сиквеле на передний план вышла история Ромео и Джульетты в исполнении Дастена Шакирова и Аружан Джазильбековой.

А тут Исембаеву стало необходимо взять на себя солирующую роль, и приходится констатировать, что актёрский диапазон у него примерно такой же, как у Чака Норриса.

Саят – это больше мем, чем полноценный герой. Была большая надежда на то, что картонность центрального персонажа будет компенсирована за счёт интересного антагониста (в исполнении Асылхана Толепова), но, к сожалению, и он прописан ещё более схематично.

Разочаровывает и то, как мало экранного времени досталось восходящей звезде казахстанского кино Рауану Ахмедову, создавшему, по-настоящему, живого и эмоционального персонажа (сына Амана –помощника Саяна, в первом фильме отправившегося в тюрьму) с довольно чёткой мотивацией и перспективной аркой. 

Вообще довольно странно, что Сатаев решил быстро избавиться от многообещающего новичка, учитывая умение режиссёра работать с молодыми актёрами (вспомните «Жаужүрек мың бала» или «Районы»).

Добивают картину их величество штампы. Саян видит во сне уходящих в поле любимых (лиц детей мы так и не увидим), а во главе скорбной загробной процессии, разумеется, томно глядящая в камеру Асель Сагатова. Ридли Скотт в конце прошлого века придумал это в «Гладиаторе».

Штампы присутствуют и в диалогах, поэтому серьёзные мужчины неоднократно и обязательно повторят в кадре про «решать вопросы», а Гайдар Гильманов, резюмируя информацию о соратниках Саяна, дважды упомянет, что они «рэкетиры из 90-х».

Что действительно оригинально сделал Акан Сатаев в третьем «Рэкетире» – ни разу не столкнул главного героя и антагониста лицом к лицу. Согласитесь, неожиданно? Хотя нет. Так уже делал Люк Бессон в «Пятом элементе»: вы удивитесь, что Брюс Уиллис и Гэри Олдман так ни разу и не встретились в кадре.