Урал катастрофически мелеет. Воды так мало, что когда-то грозную и полноводную реку можно просто перейти вброд: глубина кое-где — всего 40 сантиметров.

Ученые Казахстана и России утверждают, что одну из главных водных артерий Евразии нужно не просто охранять, а спасать, бросив на это все возможные силы и ресурсы. Корреспондент Orda.kz выяснила, что меры, которые предпринимают казахстанские и российские чиновники, спасают Урал только на бумаге.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - jeta-otmel-voznikla-na-odnom-iz-samyh-glubokih-mest-urala-v-vidu-jara-belyj-lob-1024x576.jpeg

Пока Урал мелеет, подписанные в разное время соглашения, приказы и договоры, как казахстанские, российские, так и двухсторонние, работают только на бумаге. Последний пример — Соглашение между Правительствами РФ и РК по сохранению экосистемы бассейна трансграничной реки Урал. Почти 10 лет ушло на многочисленные переговоры о необходимости такого документа вообще и еще 10 лет — на составление и различные согласования. Наконец процедура подписания закончилась. Казалось бы, вот теперь проблемы реки начнут решать. Не тут то было! Уже четвертый год Соглашение находится в подвешенном состоянии. Последняя встреча чиновников состоялась в прошлом году в Атырау. Однако и по ее результатам не было принято никаких конкретных решений.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - ural-meleet-6-1024x576.jpg

Река заиливается. Гибнут речная флора и фауна, но берега распахивают для ведения сельского хозяйства, добывают солодковый корень и полезные ископаемые, на месте пойменных лесов вырастают жилые комплексы.

Общая протяженность Урала – 2 428 километров. Это третья по протяженности река Европы, уступающая только Волге и Дунаю. Почти половина реки проходит по Казахстану.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - ural-meleet-5-1024x576.jpg

Урал — ключевой момент в образовании экосистемы. Он — основной источник питьевой воды в Западно-Казахстанской области. В её бассейне живёт 75% населения, — говорят специалисты управления природных ресурсов ЗКО.

Мы видим решение проблемы в повышении водности и улучшении гидрологического режима реки. Однако ситуация зависит не только от нас. Ведь река трансграничная, и ее среднее течение напрямую зависит от того, какое количество воды пропустят к нам с верховий, — утверждают в ведомстве.

Самое большое водохранилище, расположенное в верхнем течении реки, — Ириклинское. Его построили на территории Оренбургской области в 1958 году, а заполнили лишь в 1966. Также в верховьях расположено еще около двадцати легальных и сотни нелегальных водохранилищ, поэтому, фактически, сейчас именно россияне решают, сколько воды пропустить в нижнее течение Урала.

Чиновники Казахстана и России спасают Урал соглашениями и постановлениями

Как правило, спускают воды значительно меньше, чем необходимо. Причем уже несколько лет её недостаток ощущается даже во время паводка. Например, в этом году уже 17 апреля сброс уменьшили с 30 до 15 кубометров в секунду. Этих объемов хватает только на то, чтобы Урал не пересох. Правда, по словам главного гидролога области Шынболата Ермагамбетова, сейчас идут переговоры между Западно-Казахстанской областью и Оренбургом, чтобы в июне сброс увеличили до 60-90 кубометров. Но, учитывая, что, как правило, результаты таких встреч носят только рекомендательный характер, всерьез на них никто не рассчитывает. 

Например, в марте прошлого года договоренность об увеличении сброса воды с властями Оренбурга была достигнута. Руководитель управления природных ресурсов и регулирования природопользования ЗКО Ринат Шауенов даже озвучил график поступления воды. Согласно этому документу, к концу марта объем сброса воды должен был увеличиться до 180 кубометров в секунду.

Однако на деле, максимум, который обеспечила соседняя страна, составил 20 кубометров воды в секунду. А в апреле эти объемы снизили до 15. Виной всему оказалась погода. Большое количество осадков, которого ждали в северных широтах южноуральских гор, не выпало. Растаявший снег впитался в почву, и избытка воды не случилось.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - ural-meleet-4-1024x576.jpg

Отсутствие паводков на Урале приводит не только к обмелению, но и к деградации поймы реки. Из-за отсутствия весенних разливов высыхают озёра, которые подпитывают Урал на протяжении всего летнего сезона. Одно из решений этой проблемы, говорят ученые, весной расчищать речные пути, открывая доступ талой воды к небольшим озёрам. Правда, пока в реке не будет достаточного количества воды, эти меры ощутимого результата не дадут.

Один из известных российских ученых, занимающихся проблемами Урала, академик и вице-президент Русского географического общества, директор Института степи УрО РАН Александр Чибилев, считает, что причина — в отсутствии у принятого документа действенного механизма реализации и качественного научного сопровождения. Кроме того, он утверждает, что большинство современных документов и рекомендаций по Уралу в лучшем случае не несут ничего полезного; в худшем — просто вредны для бассейна реки.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - ural-obmelel-nastolko-chto-nasosy-mestnogo-vodokanala-okazalis-vyshe-tochki-zabora-vody.-ih-prishlos-vykapyvat-i-uglubljat-1-1024x576.jpeg

Дело в том, что данные, которыми пользуются комиссии и госорганы, устаревшие и недостоверные. В течение всего двадцатого века уровень научных исследований в бассейне реки только снижался. Шло многократное сокращение метеорологических и гидрологических постов. На смену наземным инструментальным измерениям пришли дистанционные методы, а в связи с этим в областях бассейна не осталось местных исследователей.

Чиновники Казахстана и России спасают Урал соглашениями и постановлениями
Александр Чибилев, академик РАН\vk.com

Отсутствие достоверных знаний об экологии реки, незнание её гидрологических особенностей и специфики русловых процессов породило множество заблуждений и мифов. Существуют неверные представления о роли водохранилищ и прудов, перспективности судоходства, пользе и вреде дноуглубительных работ, антиприродных принципах лесомелиорации, противопаводковых мероприятиях, воспроизводстве рыбных ресурсов, — считает Александр Чибилев.

Как это ни парадоксально, но Схема комплексного использования водных ресурсов Урало-Эмбенского бассейна 30-х годов выполнена гораздо профессиональнее, чем Схемы комплексного использования и охраны водных ресурсов (СКИОВО), разработанные за последние годы в России и Казахстане. Главный их недостаток в том, что они не являются бассейновыми и отражают только российскую или только казахстанскую части бассейна и используют устаревшие данные, — утверждает ученый.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - ural-meleet-1-1024x576.jpg

Для действенной реализации последнего Соглашения академик предлагает создать профессиональные государственные структуры по сохранению экосистемы бассейна реки Урал. Это может быть комиссия или комитет. Важно, чтобы он в большей степени состоял из профильных специалистов, а не из чиновников. Кроме этого, ученый настаивает на создании независимой экологической экспертизы всех проектов в «интересах бассейна. Эти предложения Александр Чибилев озвучивал практически на всех заседаниях межгосударственной комиссии, работающей в рамках «Соглашения между Правительством РФ и Правительством РК по сохранению экосистемы бассейна трансграничной реки Урал». Однако конкретного решения по этим вопросам так и не приняли.

По мнению академика, все упирается в волокиту и бюрократию.

— Я считаю, задача науки — изучать проблемы и искать пути их решения. Задача власти после тщательной экспертизы проектных решений — воплощать их в жизнь. Пока же в состав Комиссии по сохранению экосистемы бассейна трансграничной реки Урал включены только чиновники: министры, депутаты, руководители ведомств. И это не будет способствовать получению результатов, потому что все чиновники — люди временные. А для решения, настоящего решения проблемы, необходима постоянная фундаментальная основа – институт или лаборатория экологии уральского бассейна, — уверен ученый.

Его поддерживают и казахстанские экологи, которые соглашаются с тем, что для решения проблемы необходима постоянная фундаментальная основа – институт или лаборатория экологии уральского бассейна. Но услышат ли это предложение ученых в высоких кабинетах, — вопрос открытый.

Зоя Сладкова, Уральск

Поделиться: