Кляп во рту: адвокаты выступили против дискриминации и репрессий

На пресс-конференции отметили, что национальный доклад подготовлен впервые, а его необходимость обусловлена накопившимися проблемами, с которыми адвокаты борются на протяжении долгих лет. 

Председатель республиканской коллегии адвокатов Айдын Бикебаев заявил, что госорганы часто сводят роль адвоката к роли обычного казахстанца, не учитывая, что на них возложена конституционно-правовая миссия. Поэтому, по его мнению, возникают неравные условия.

Бикебаев сообщил, что в Концепции правовой политики на ближайшие 10 лет не упоминается понятие "адвокатура", и, как результат происходит, по его словам, бессистемное и хаотичное законотворчество. Чтобы восполнить пробел и дать правильное направление, в апреле 2022 года адвокаты утвердили концепцию развития юридической профессии и подготовили соответствующий законопроект.

«Мы инициировали рассмотрение концепции в Комиссии по правам человека при президенте, в комитете по законодательству и судебно-правовой реформе, в мажилисе и в рабочей группе сената. В то же время мы не увидели поддержки со стороны соответствующего департамента министерства юстиции. Хотя, на наш взгляд, это орган, ответственный за обеспечение права граждан на квалифицированную юридическую помощь. Он должен быть заинтересован в повышении статуса, прав и гарантий адвокатов. Сейчас в проектном офисе министерства юстиции проводится работа по ревизии УК и УПК. В нём нас поддерживает другой департамент министерства юстиции. Мы им очень благодарны», – сказал Айдын Бикебаев.

По его словам, не все предложения коллегии адвокатов были включены в законопроект, который отправили в аппарат правительства. Он добавил, что адвокатское сообщество заинтересовано в активном сотрудничестве с госорганами, чтобы эффективно выполнять поручения президента.

«Я понимаю, что 2022 год был сложный. Трагический январь, Конституционные реформы, референдум, президентские выборы. Но больше ждать уже нельзя. Большой блок в нацдокладе посвящен нарушениям прав адвокатов. Приведены конкретные примеры, о которых мои коллеги более подробно расскажут. Есть вопиющие случаи, когда в отношении адвокатов возбуждают уголовные дела по сомнительным, ложным и надуманным основаниям, есть факт избиения адвокатов. Это при том, что адвокат имеет специальный статус», – сказал председатель коллегии.

Спикер отметил, что случаи воспрепятствования адвокатской деятельности происходят из-за отсутствия административной ответственности.  

Также глава республиканской коллегии сообщил, что статья 435 УК РК "Воспрепятствование законной деятельности адвокатов" не работает, потому что её применение на практике невозможно.

Адвокаты, оказывающие гарантированную государственную юридическую помощь, также пожаловались на низкую оплату труда. К примеру, стоимость консультации госадвоката составляет 1900 тенге/час, в то время как их российские коллеги получают более двух тысяч рублей (около 12 тысяч тенге).

Свидания с подзащитными и отсутствие конфиденциальности

Заместитель председателя коллегии, адвокат Игорь Вранчев озвучил несколько примеров нарушения прав адвокатской деятельности, которые изложены в Национальном докладе о состоянии адвокатской деятельности. К примеру, зачастую адвокатам препятствуют в свидании со своими подзащитными.

«Один из наших коллег обратился в республиканскую коллегию адвокатов в связи с фактом воспрепятствования его профессиональной деятельности, так как по прибытии к месту задержания сотрудники департамента экономических расследований по Алматы отказали ему в конфиденциальной беседе с подзащитным. Ему предложили беседу в присутствии оперативного сотрудника, к которому был прикован наручниками задержанный. Наш коллега, понимая, что конфиденциальность соблюдена не будет, отказался. Он проследовал за подзащитным в здание ДЭР, после в здание ИВС Алматы, но так и не получил возможности провести конфиденциальную беседу со своим подзащитным. Разговор состоялся лишь на следующий день», – рассказал Вранчев. 

По его словам, республиканская коллегия адвокатов обратилась за разъяснением в Генпрокуратуру и ДЭР. Но в надзорном органе ответили, что нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, в том числе и права на защиту, не выявлено. Аналогичным образом прокомментировали ситуацию и в ДЭР.

На пресс-конференции затронули тему недопуска к подзащитному. В качестве примера они привели случай в Шымкенте в июле прошлого года, когда адвокатов, которые прибыли в ДП города, не допустили к подзащитному сотрудники управления собственной безопасности.

В другом случае руководитель управления собственной безопасности ДП прибыл в изолятор временного содержания и дал указания, чтобы ему вызвали задержанного. При этом адвокатов не пустили в ИВС. Изначально факт нарушения адвокатских прав зарегистрировали в Антикоре, но позже дело закрыли.

«Еще одна проблема – отсутствие конфиденциальности при встрече с подзащитным в СИЗО в адвокатских комнатах. Во всех следственных изоляторах установлены видеокамеры. Аналогично наш коллега направил жалобу в Генеральную прокуратуру касательно установленных камер, однако это обращение было перенаправлено в ДУИС Алматы, то есть по факту в тот орган, на который жаловался адвокат. Согласно ответу Департамента УИС, демонтажа камер не будет. Республиканская коллегия неоднократно поднимала вопрос о том, что эти камеры нужно демонтировать, чтобы сохранялась конфиденциальность. Но никакой реакции нет», – добавил Вранчев. 

Вранчев утверждает, что коллегам не предоставляют материалы уголовных дел по пыткам. В частности, в коллегию обратились два адвоката, которые на протяжении нескольких месяцев не получали ответы на их запросы от прокуратуры. Подали жалобу, но одному из адвокатов до сих не предоставили доступ к материалам уголовного дела, а второй ознакомился только с двумя из четырёх дел.

«Кляп во рту»

Известный адвокат Айман Умарова озвучила проблему гласности правосудия. Она напомнила, что судебный процесс должен быть открытым, за исключением рассмотрения дел, связанных с госсекретами.

«Общество должно видеть, действительно ли объективно работает следствие и суд. Другой принцип – состязательность и равноправие. Когда адвокат – с одной стороны, с другой стороны – прокурор. Они должны быть равны, но этого у нас нет. Мы как адвокаты не можем говорить о своих делах. Клиент сидит рядом, просит помочь, а мы ничего не можем сделать. Прокурор может говорить открыто, в чем именно обвиняют человека, а адвокат не может ничего сказать, потому что у него заранее берут подписку о неразглашении. Принцип гласности для того и был придуман, чтобы по всем делам была гласность. Кроме госсекретов, интимных сторон жизни и других моментов, когда судебное разбирательство делают закрытым», – объяснила Умарова. 

Однако сейчас, по её словам, правоохранительные органы берут подписку о неразглашении даже в тех случаях, где в уголовном деле нет госсекретов. При этом с материалами дела адвокат может ознакомиться лишь по завершении следствия. 

«Они хотят, чтобы мы молчали.  Чтобы мы не говорили об их непрофессионализме, не говорили, что пытали нашего клиента, не озвучивали, что нарушаются законы (...) Они могут говорить, а мы – нет», – добавила адвокат. 

Умарова напомнила, что в 2016 году она с правозащитником Евгением Жовтисом неоднократно дискутировала на эту тему и даже обозначила свои выступления "кляпом во рту".